48. Iustarum uero animarum per ordines quosdam digesta laetitia. Primum quod uicerint carnem nec inlecebris eius inflexae sint. Deinde quod pro pretio sedulitatis et innocentiae suae securitate potiantur nec quibusdam sicut impiorum animae erroribus et perturbationibus inpliccntur atque uitiorum suorum memoria torqueantur et exagitentur quibusdam curarum aestibus. Tertio quod seruatae a se legis diuino testimonio fulciantur, ut factorum suorum incertum supremo iudicio non uereantur euentum. Quartum quia incipiunt intellegere requiem suam et futuram sui gloriam praeuidere caque se consolatione mulcentes in habitaculis suis cum magna tranquillitate requiescent stipatae praesidiis angelorum. Quintus autem ordo exultationis habet uberrimae suauitatem, quod ex hoc corruptibilis corporis carcere in lucem libertatemque peruenerint et repromissam sibi possideant hereditatem. Est enim ordo quictis, quia est et resurrectionis. Sicut enim in Adam omnes moriuntur, ita et in Christo inquit omnes uiuificabuntur, unusquisque autem in ordine suö primitiae Christus, deinde qui sunt Christi, qui in aduentum eius crediderunt, deinde finis. Erit igitur ordo diuersus claritatis et gloriae, sicut erit ordo meritorum. Processus quoque ordinum processum exprimit claritatis. Denique sexto ordine demonstrabitur his quod uultus earum sicut sol incipiat refulgere et stellarum luminibus comparari, qui tamen fulgor earum corruptelam iam sentire non possit. Septimus uero ordo is erit, ut exultent cum fiducia et sine ulla cunctatione confidant et sine trepidatione laetentur festinantes uultum eius uidere, cui sedulae seruitutis obsequia detulerunt, de quo innoxiae conscientiae recordatione praesumant gloriosam mercedem laboris exigui, quam incipientes recipere cognouerunt indignas esse huius temporis passiones, quibus remunerationis aeternae gloria tanta refertur. Hic ordo, inquit, animarum, quae sunt iustorum, quos etiam inmortales non dubitauit dicere in quinto ordine eo quod spatium, inquit, incipiunt recipere fruentes et inmortales. Haec est, inquit, requies earum per septem ordines et futurae gloriae prima perfunctio, priusquam in suis habitationibus quietae congregationis munere perfruantur. Vnde ait propheta ad angelum: Ergo dabitur tempus animabus, postquam separatae fuerint de corporibus, ut uideant ea quomodo dixisti. Et dixit angelus: septem dies erit libertas earum, ut uideant in septem diebus qui praedicti sermones, etpostea congregabuntur in habitaculis suis. Haec ideo plenius de iustorum ordinibus expressa sunt quam de passionibus inpiorum, quia melius est cognoscere quomodo innocentes saluentur quam quomodo crucientur flagitiosi.
47. Итак, пока не придет время, души ожидают заслуженного воздаяния. Одним предстоит кара, другим — слава; но все же тем временем ни первые не остаются без возмездия, ни вторые — без награды. Ведь и те <…>[1198] видят, что соблюдающим закон Божий дана в награду слава[1199], что жилища их оберегают ангелы, тогда как им, за их пренебрежение и гордыню, в будущем уготованы муки, стыд и смущение, чтобы, видя славу Вышнего, стыдились они предстать пред очами Того, Чьи заповеди они попрали. Каково было предательство[1200] Адама, таково их смущение, ведь как тот по небрежению небесными заповедями согрешил и покрыл себя позором грехопадения и не осмелился приблизиться к сиянию Божественного присутствия[1201], укоряемый грешной совестью, так и души грешников не смогут вынести сияние Его пламенеющего света, по свидетельству которого вспомнят они, что совершили грех.
48. Радость праведных душ распределена на несколько чинов[1202]. Первый чин — тех, которые победили плоть и не поддались ее соблазнам. Второй — тех, которые за усердие и целомудрие получают в награду безмятежность, их, в отличие от душ нечесчивых, не увлекают заблуждения и страсти, не истязает памятование пороков, не преследуют жгучие заботы. В третьем пребывают те, которые, согласно божественному свидетельству, сохранили закон, так что на последнем Суде не опасаются они неблагоприятного исхода своих дел. В четвертом — начинают постигать свой покой и предвидеть свою грядущую славу и, радуясь этому утешению, с великим спокойствием пребывают в своих обителях в окружении ангельских сонмов. Пятый же чин услаждает изобильной радостью, ведь души, вырвавшись из темницы бренного тела, достигли света и свободы и владеют обетованным им наследством. Есть и чин упокоения, потому что есть и чин воскресения. Как в Адаме все умирают, так во Христе, – говорит апостол, – все оживут, каждый в своем порядке: первенец Христос, потом Христовы, которые в пришествие Его уверовали, а затем конец (1 Кор. 15. 22–24). Будет, стало быть, иной порядок почестей и славы, равно как будет и порядок заслуг[1203]. Восхождение по чинам также означает восхождение к славе. Затем, в шестом чине, души увидят, как лицо их заблистает, будто солнце, и уподобится сиянию звезд, однако сияние их уже не может ощущать тления[1204]. В седьмом чине будут радоваться с уверенностью, и доверять без колебания, и без страха ликовать, торопясь увидеть лицо Того, для Кого несли они послушание усердного служения, от Кого принимают они, памятуя о невинной совести, славное вознаграждение за малый труд. Начавшие получать это вознаграждение постигли, сколь ничтожны страдания века сего, за которыми приходит столь великая слава вечного воздаяния. Это, — говорит Ездра, – удел душ праведных, которых он также, не сомневаясь, в пятом чине называет бессмертными: ибо простор, – говорит он, – начинают обретать блаженные и бессмертные (3 Езд. 7. 96–99). Это есть упокоение душ по семи чинам и первое исполнение грядущей славы, прежде того, как в обителях своих станут они наслаждаться даром мирного собрания (3 Езд. 7. 91 )[1205]. Потому говорит пророк ангелу: Значит, дано будет время душам по разлучении их с телом, чтобы видеть то, что сказал ты? И сказал ангел: Семь дней будет свобода их, чтобы увидели за семь дней то, о чем сказано, и после соберутся они в жилищах своих (3 Езд. 7. 100–101). Потому полнее изъяснено об уделе праведных, чем о страданиях нечестивых, что лучше знать, как спасаются невинные, чем то, как мучаются преступные[1206].
1200
Термин praeuaricatio в римской судебной практике обозначал сговор с противоположной стороной и, таким образом, предательство того дела, которое необходимо защищать. В словоупотреблении христиан это слово стало обозначать вероотступничество, когда христианин встает на сторону врага (см.: Свт. Амвросий Медиоланский. О покаянии // Собр. творений. Т. 1. М., 2012. С. 305. примеч. 3). — Примеч. ред.
1202
См.: 3 Езд. 7. 91–96. Это описание — предшественник визионерской литературы Средневековья, вплоть до Данте с его небесами блаженных душ.
1206
В 3 Езд. 7. 81–87 сказано, что мучения грешников, как и блаженства праведников, разделяются на семь видов. При этом в пророческой книге отсутствует непосредственное описание загробных мучений, но имеется указание на муки, имеющие исключительно духовный характер: сознание своих преступлений, невозможность раскаяния и т. д. Свт. Амвросий объясняет лаконизм Ездры в отношении посмертных мук тем, что пример праведников более действен и способен принести большие плоды. Ср. также его скептическое отношение к описанию ужасов загробного мира у поэтов–язычников (см.: 8. 33).