56. An non mortuorum haec regio, ubi umbra mortis, ubi porta mortis, ubi corpus est mortis? Denique donatur Petro, ne portae inferni praeualeant ei. Portae inferni istae sunt terrenae, unde et ille ait: Qui exaltas me de portis mortis. Sicut enim portae iustitiae, in quibus sancti domino confitentur, ita sunt criminum portae, in quibus impii dominum negauerunt audi quoniam regio ista sit mortuorum: Si quis igitur mortuum tetigerit, inmundus erit; inmundus autem in conspectu domini omnis iniquus. Si quis igitur tetigerit iniquitatem, inmundus erit, si quis in deliciis, mortuus, quoniam quae in deliciis uiuens mortua est. Et qui infideles sunt descendunt in infernum uiucntes: etsi nobis cum uidentur uiuere, sed in inferno sunt. Si quis usuram accipit, rapinam facit, uita non uiuit, ut habes in Ezechiel. Si quis autem iustus iustificationes domini custodit, ut faciat eas, uita, inquit, uiuet, et uiuet in eis. Ipse est ergo in regione uiuorum, in ilia regione, ubi uita non abscondita, sed libera, ubi non umbra, sed gloriä hic enim nec ipse Paulus uiuebat in gloria. Denique in corpore mortis ingemescebat. Audi dicentem: nunc enim uita nostra abscondita est cum Christo in deo; cum autem Christus apparuerit, uita nostra, tunc et nos cum illo apparebimus in gloria.
57. Festinemus ergo ad uitam. Si quis uitam tangit, uiuit. Denique tetigit illa mulier, quae tetigit fimbriam eius et a morte dimissa est, cui dicitur: Fides tua te saluam fecit. Vade in pace. Si enim qui mortuum tangit inmundus est, sine dubio qui uiuentem tangit saluus est. Quaeramus ergo uiuentem. Sed iterum uideamus ne eum quaeramus inter mortuos et dicatur nobis sicut mulieribus illis: Quid quaeritis uiuentem cum mortuis? Non est hie, sed resurrexit. Ipse quoque dominus ubi quaeri uellet ostendit dicens: Vade ad fratres meos et dic eis: ascendo ad patrem meum et patrem uestrum, deum meum et deum uestrum. Ibi ergo quaeremus eum, ubi quaesiuit lohannes et inuenit. Ille eum in principio quaesiuit et inuenit uiuentem apud uiuentem, filium apud patrem. Nos eum in temporum fine quaeramus et conplectamur pedes eius et adoremus eum, ut dicat et nobis: Nolite timere, id est nolite timere a peccatis saeculi, nolite timere ab iniquitatibus mundi, nolite timere a fluctibus corporalium passionum: ego sum peccatorum remissio. Nolite timere a tenebris: ego sum lux. Nolite timere a mortë ego sum uita. Quicumque ad me uenit mortem non uidebit in aeternum, quoniam ipse est plenitudo diuinitatis et ipsi est decus gloria perpetuitas a saeculis et nunc et semper et in omnia saecula saeculorum.
56. Не эта ли страна мертвых, где тень смерти[1240], где врата смерти, где тело смерти? Потому и Петру дана власть, чтобы врата адовы не одолели ее[1241]. Врата адовы суть земные врата[1242], потому и говорит пророк: Ты, который возносишь меня от врат смерти (Пс. 9. 14). Ведь как существуют врата праведности, где святые исповедают Господа, так существуют и врата греха, где нечестивые отверглись Господа. Послушай, ибо это страна мертвых: Если кто коснется мертвого, нечист будет (Числ. 19. 11); нечист[1243] же пред Господом всякий беззаконный. Значит, если кто прикоснется к беззаконию, нечист будет, если — к похотям, будет мертв, так как сластолюбивая заживо умерла (1 Тим. 5. 6). И те, которые неверны, сходят заживо в преисподнюю: хоть и кажется, что они живут вместе с нами, но они в преисподней. Когда кто–то лихоимствует, творит хищение, он не живет жизнью, как ты можешь прочесть у Иезекииля[1244]. Когда же кто праведный правду и суд Господа блюдет, чтобы исполнять их, жизнью будет жить, — говорит пророк. – и будет жить в них (Иез. 33. 19). Значит, он пребывает в стране живых, в той стране, где жизнь не сокрыта, но свободна, где нет тени, но пребывает слава; тогда как в сем мире и сам апостол Павел не жил во славе. Напротив, он томился в теле смерти. Послушай, что говорит он: Жизнь наша сокрыта со Христом в Боге. Когда же явится Христос, жизнь наша, тогда и мы явимся с Ним во славе (Кол. 3. 3–4).
57. Итак, поспешим к жизни. Если кто прикасается к жизни, он живет. Ведь прикоснулась к жизни та женщина, которая коснулась края ризы Его, и была спасена от смерти та, которой сказано было: Вера твоя спасла тебя. Иди с миром (Мф. 9. 22). Если тот, кто касается мертвого, нечист, то, без сомнения, тот, кто касается живого, — спасен. Итак, станем искать живого. Но да увидим вновь, что не следует искать Его среди мертвых, и сказано будет нам, как и тем женам: Что вы ищете живого между мертвыми? Его нет здесь: Он воскрес (Лк. 24. 5–6). Также и Сам Господь показывает, где Он хочет, чтобы Его искали, говоря: Иди к братьям Моим и скажи им: восхожу к Отцу Моему и Отцу вашему, и к Богу Моему и Богу вашему (Ин. 20. 17). Стало быть, там мы будем искать Его, где Иоанн искал и нашел. Иоанн искал Его в начале[1245] и нашел живым у живого, Сына в недре Отчем (Ин. 1. 18). Станем же и мы в конце времен искать Его, и обнимем ноги Его, и поклонимся Ему, чтобы и нам Он сказал: Не боитесь (Мф. 28. 10), то есть не бойтесь грехов века сего, не бойтесь беззаконий мира, не бойтесь волнений плотских страстей: Я есмь прощение грехов. Не бойтесь тьмы: Я есмь свет. Не бойтесь смерти: Я есмь жизнь. Всякий приходящий ко Мне не увидит смерти вовек (Ин. 8. 51), ибо Он есть полнота Божества и Ему честь, слава, вечность от века и ныне, и присно, и во веки веков.
1243
Возможно, здесь игра слов: inmundus (нечистый) — значит пребывающий в мире сем (in mundo).