13. Поэтому в другом месте ты читаешь, что «двух козлов»:[1999] одного, на котором жребий Господень (Лев. 16. 8), другого — во отпущение; того, на котором жребий Господень, — приносят и закалают за грех, а того, на котором жребий отпущения, отпускают в пустыню,[2000] чтобы он принял на себя неправды народа или какого–то грешника. Ибо как двое на поле: один берется, а другой оставляется (Мф. 24. 40), так и два козла, один, который пригоден для жертвоприношения, и другой, которого отпускают в пустыню. Этого никак не используют, и ни есть его нельзя, ни вкушать сынам священника. Ибо как из того, что употребляется в пищу, хорошее едят, а то, что бесполезно или худо, выбрасывают, и так мы и говорим: хорошее, что полезно, — это праздничное.
14. Следовательно, неугодно будет Господу, если священник станет вкушать жертву, которая приносится с ложью, не в чистоте усердного исповедания. И вот почему этого козла надлежит отпускать в пустыню, где блуждали отцы наши; они блуждали в ней и не могли прийти на землю воскресения,[2001] но погибла от земли память их (Пс. 108. 15). Наконец, услышь о праздничном: И будут субботы земли вам пищей (Лев. 25. 6). Ибо праздник и отдохновение — это упокоение в Боге, которое приносит спокойствие духа. Поэтому упокоимся от беседы и мы.
Прощай и нас люби, как любишь, ибо мы тебя любим.
4 (Maur. 27). Амвросий Иринею[2002]
1. Ты написал мне, что озадачен прочитанными словами: Отвратительную для египтян жертву принесем Богу (Исх. 8. 26). Но ты мог бы догадаться, что это значит, ведь в Бытии написано, что египтяне гнушались всяким пастухом овец,[2003] конечно, не из–за самого человека, но из–за скота. Ибо египтяне вспахивали землю плугом,[2004] Авраам же и Иаков, а впоследствии Моисей и Давид были пастухами и вместе с этим занятием воспринимали некое царственное научение.
2. Итак, египтяне ненавидели жертвоприношения чистые, то есть совершенные и полные наставления стремления добродетелей. Следовательно, что ненавидят люди порочные, то для добрых людей чисто и благочестно. Делом добродетели гнушается тот, кто предан роскоши, избегает его распутник. Итак, тело египетское, податливое на соблазны, отвращается от добродетелей души, гнушается порядком, избегает научения в добродетелях и всех подобных дел.[2005]
3. Стало быть, то. чего избегает египтянин — именно египтянин, а не собственно человек,[2006] — к этому ты, обладающий человеческим знанием, стремись. И отвергай то, чего они добиваются и что они избирают, ибо не могут согласоваться между собой эти два свойства: благоразумие и безрассудство. Итак, насколько от всего, что принадлежит неразумию и неумеренности, отказывается благоразумие, отказывается воздержность, настолько неразумный и невоздержный лишен всего, что свойственно благим и что составляет наследие мужа мудрого и воздержного.
4. Так и те две женщины, святые в таком супружестве, Лия и Рахиль,[2007] одна «трудолюбивая»,[2008] другая «сильное дыхание»,[2009] избегая не родственных уз, но несогласия нравов, наученные словом Иакова, «мужа испытанного», что, дескать, он хочет уйти, чтобы бежать от зависти Лавана и его сыновей, а также их нерадивости, ответили: Есть ли еще нам доля и наследство в доме отца нашего? Не зa чужих ли он нас почитает? Ибо он продал нас и проел (Быт. 31. 14–15) цену нашу. И это прежде всего означает, что нерадивый и завистливый трудолюбивую и приверженную учению считает себе чужими и избегает, и хочет избавиться от них, потому что считает их себе обузой, и думает, что приобрел выгоду, продав их, и считает цену их своей и плодом своею наслаждения.[2010]
5. Сейчас послушаем, каким образом нерадение лишено того, чем обладает добродетель, ибо говорят: Все богатства и слава, которую Бог отнял у отца нашего, будет наше и детей наших (Быт. 31. 16). Неслучайно говорят, что отнято все это по воле Божией, ибо Он Сам — Податель благ и Его благодати лишены нерадивые, ибо не могут негодные и немощные восприять красоту божественного наследия, получает же все эnо ревностный и имеющий в себе дух сильного. Ибо кто силен, как не один лишь Бог, Который все удерживает и всем правит?
2002
Относительно Иринея предполагают, что он мог быть священником Медиоланской Церкви. Паланк (см.: Palanque J. — R. Deux correspondants de saint Ambrose, Orontien et Irénée // Revue des Études latines, 1933. 11. P 158) считал, что это был грек или египтянин, живший на Востоке. Ему адресовано 13 писем.
2004
То есть египтяне были земледельцами. Причиной враждебности их к пастухам могло быть и то, что те приносили в жертву овец, священных животных бога Хнума.
2005
Ср. у Филона, fug. et inu. 3. 18: «Ибо совершенная и непорочная жертва — это добродетели и добродетельные деяния, которыми гнушается любострастное египетское тело».
2006
Свт. Амвросий противопоставляет египтянина, раба пороков, истинному человеку, имеющему духовные устремления.
2009
Подобная интерпретация встречается лишь у свт. Амвросия. Имена Лия и Рахиль восходят соответственно к еврейскому leah — «корова» и rahel — «овца, имеющая ягнят» (см.: Iacob. 2. 5. 25).