7. Итак, первородный получает преимущество в наследовании, как гласит Писание: Ибо он есть начаток сынов его, ему принадлежит право первородства (Втор. 21. 17). Итак, от первородного Сына Божия — первородные святые. И от Него начало, ибо Он есть начало и конец (Откр. 21. 6); началом называется посвященный, началом — сын, которому принадлежит право первенства, согласно тому что сказано Аврааму: Выгони эту рабыню и сына ее, ибо не наследует сын рабыни с сыном моим Исааком (Быт. 21. 10).
8. В большей степени божественное пророчество учит так применительно к наследованию добродетелей, а не денег, ибо Бог говорит: Во всем, что скажет тебе Сарра, слушайся голоса ее, ибо в Исааке наречется тебе семя (Быт. 21. 12). Что еще было в Исааке, если не наследие святости, которое прославило отца? И хотя сына служанки он поставил над народами, как бы отделив обычную часть наследства, сыну же Сарры дал двойную, ибо ему досталось не только временное, но вышнее и вечное.
Прощай и люби нас, ибо мы тебя любим.
15 (Maur. 69). Амвросий Иринею
1. Ты как сын сообщил мне, чnо кое–кто спрашивал у тебя, почему закон столь сурово называет мерзкими тех, кто облачается в одежды другого пола, будь то мужчины или женщины. Ибо написано так: На женщине не должно быть мужской одежды, и мужчина не должен одеваться в женское платье, ибо мерзок пред Господом всякий делающий сие (Втор. 22. 5).
2. И если ты рассудишь истинно: несообразно то, чего чуждается сама природа. Ведь почему, человек, не хочешь ты выглядеть тем, чем рожден? Почему принимаешь чуждый для тебя вид? По чему изображаешь женщину, или ты, женщина, мужчину? Каждого природа облекла в свойственные ему одежды. Итак, различно употребление, различны цвета, движение, походка, различны силы, различны голоса у мужчины и женщины.
3. Но и у других живых существ различаются видом лев и львица, разная у них сила, разный голос: одно дело бык, другое корова. И у оленей, насколько различается пол, настолько несходен вид, чтобы мог ты издали различить их. У птиц же оперение еще более сравнимо с одеждами людей, у них сами перья указывают на пол. У павлинов самцы нарядны, самки же не имеют столь пестрого убранства перьев. И у фазанов различна окраска, подчеркивающая различие полов. А что сказать о курах? Как звучен голос петуха, торжественный дар ночной поры, пробуждающий к пению![2379] Разве птицы меняют свой вид? Так почему же мы жаждем его изменить?
4. Однако же пришло к нам от греков то, что женщины по–мужски подпоясывают тунику, укорачивая ее.[2380] Допустим, они подражают природе лучшего пола, но чего добиваются мужчины, подражая виду пола низшего? Ложь и в слове постыдна, не только в одежде. Вот в языческих храмах, где лжива вера, там лживо и естество: там считается священным, что мужчина облачается в женские одежды и усваивает женские движения.[2381] Потому закон и говорит, что мерзок пред Господом всякий мужчина, носящий женское платье.
5. Я же думаю, что не столько об одежде, сколько о нравах сказано, или о наших привычках и делах, что одни деяния приличествуют мужам, другие — женам. Потому и апостол говорит, истолковывая закон: Жены ваши в церквах да молчат, ибо не позволено им говорить, а быть в подчинении, как и закон говорит. Если же они хотят чему научиться, пусть спрашивают о том дома у мужей своих (1 Кор. 14. 34–35). И к Тимофею: Жена да учится в безмолвии, со всякою покорностью; а учить жене не позволяю, ни властвовать над мужем (1 Тим. 2. 11–12).
2380
У греков одеждой обоих полов служили однотипные по покрою хитон (нижняя одежда) и гиматий (плащ). Хитон подпоясывался под грудью, с напуском; и при желании можно было подпоясаться так, что он становился короче.