Прощай и люби нас, ибо мы тебя любим.
39 (Maur. 46). Амвросий Сабину[2930]
1. Тот, кого ты называешь рассадником зловредного учения, человек в высшей степени легковесный, который уже получил возмездие за свой яд. Отпор был дан ему при всех, и посеянное частным образом он пожинал публично.
Поначалу я счел его лишь суетным и завистливым, но как только услышал его рассуждения, сразу понял, что он заражен ересью Аполлинария.[2931] Последний не может согласиться с тем, что Господь наш Иисус при воплощении принял ради нас рабское состояние, хотя утверждает апостол: Он принял образ раба (Флп. 2. 7). В этих словах оплот, в этих словах ограда нашей веры! Кто ее разрушает, погибает сам, как написано: Кто разрушает ограду, того ужалит змей (Екк. 10. 8).
2. В начале спора я мягко спросил его: Почему ты доброе дело совершаешь со злым намерением? Я считаю за благодеяние, когда читают мои сочинения и говорят мне, что находят в них спорным. Без сомнения, я сам могу допустить неточность даже в том, что знаю. Нередко некоторые вещи проходят мимо ушей читателя, а некоторые воспринимаются каждым по–своему. Нужно стараться предусмотреть все, если это только возможно. Более того, я не должен приходить в смущение, когда в моих книгах находят пререкаемые места, если даже апостольские, а также евангельские и Господни слова у многих вызывают вопросы. Но некоторые начинают потворствовать своей желчной придирчивости, как тот человек, который проехал целый мир с желанием всех укорять, а не с целью найти себе пример для подражания.
3. Но мой соперник, желая вцепиться зубами хоть в какое–нибудь противоречие в моих сочинениях, нашел вот такой удобный повод. Восклицание Господа Иисуса: Славлю Тебя, Отче, Господи неба и земли (Мф. 11. 25), мы предлагали понимать как подтверждение того, что [Первое Лицо Троицы] есть Отец Сына и Господь творения, но только Господом Сын отчетливо называет Отца в псалме: Увидев меня, закивали головами своими: Помоги мне. Господи, Боже мой (Пс. 108. 25–26). Дело в том, что здесь [Христос], в образе раба взывая к Господу, обращается к Тому, Кого знает как Отца. Сохраняя равный с Отцом образ Бога, Он признает Себя рабом по телесной сущности: ибо рабство — свойство плоти, господство же — Божества.
4. Ты[2932] же со свойственной тебе удивительной проницательностью твердо настаиваешь на том, что слова Евангелия применимы только к евангельским временам, когда Господь Иисус в человеческом образе жил среди людей; поскольку ныне мы уже не знаем Христа (2 Кор. 5. 16) по человечеству. Таким Он был видим и известен древним, но древнее уже прошло, теперь все новое (2 Кор. 5. 17). Все от Бога, Который примирил нас с Собой во Христе. Мы были мертвы, и вот Он один умер за всех и один за всех стал рабом. И что говорить: рабом? Он стал грехом, поношением и клятвой, по словам апостола: Господь Иисус за нас стал грехом (2 Кор. 5. 21), стал клятвою (Гал. 3. 13), но он же сказал: когда Сын покорит Себе все, тогда и Сам покорится (1 Кор. 15. 28). Сказал Петр в Деяниях апостолов: Во имя Иисуса Назорея встань и ходи (Деян. 3. 6), — но в той же речи он продолжает: [Бог] прославил Сына Своего Иисуса (Деян. 3. 13). Заметь, что никто не спрашивает, к какому времени это относится! Агнцем называет Его Иоанн в Откровении, но о Нем же сказано в псалме Он червь, а не человек (Пс. 21. 7). Всем этим [Сын] соделался, чтобы притупить острие нашей смерти, чтобы уничтожить наше рабство, чтобы истребить наши клятвы, грехи и поношения.
5. Неужели кто–то усомнится, что в Божественном Писании все, приводимое тобой по поводу и без повода для некоего вопрошающего, написано благочестиво и направлено на прославление, а не на уничижение Христа. Если даже о даре Его, о манне небесной, сказано, что и у собравших мало, не было недостатка, и у собравших много, не было лишнего (Исх. 16. 18), то неужели Он Сам мог умалиться или умножиться? Что в Нем умалилось оттого, что Он воспринял наше рабское состояние и наши немощи? В образе раба Он был унижен, но Он же пребывал в славе Бога Отца. Он был как червь на кресте, но Он же отпускал грехи Своим гонителям. Он был поношением, но Он же — величием Господним, как написано: И явится величие Господне, и узрит всякая плоть спасение Божие (Ис. 40. 5). Чего лишился Тот, Кому умаление ничто? Ибо Он не обладал ни значительной наружностью, ни красотой, но обладал полнотой Божества. Он считался немощным, но не переставал быть силой Божией. Он был видим как человек, но блистали на земле величие Божие и Отчая слава.
2930
См. примеч. к epist. 27, 32–34, 37. Свт. Амвросий извещает Сабина о событиях в Медиолане.