Прощай, брат, и люби нас, ибо мы тебя любим.
58 (Maur. 60). Амвросий Патерну[3107]
1. Прочел я приветствие Патерна, задушевного моего друга, но образ мыслей встретил отнюдь не отеческий[3108]: ты хочешь узами брака соединить с сыном внучку от дочери, что не достойно тебя ни как деда, ни как отца. Сам посуди, что замыслил! За какое бы дело мы ни брались, прежде всего поинтересуемся, как то дело названо, а потом подумаем, достойно оно хвалы или порицания. Например, соединение с женщиной для кого–то — удовольствие; ученики лекарей даже считают, что это полезно для тела. Но надо еще понять, идет речь о супружестве или о случайной связи и с замужней или незамужней. Если кто–то живет с женщиной, которая ему сосватана и отдана в жены, то это супружество; если с чужой, то попирает стыд и совершает прелюбодеяние, и у многих само это слово отбивает охоту связываться с этим. Наказать врага — это победа, преступника — справедливость, невинного — убийство. И если человек в душе поразмыслит, то и руку удержит. Так и ты прежде подумай, что делаешь, прошу тебя!
2. Ты хочешь соединить наших детей узами брака. Я спрашиваю: подходят они друг другу или не подходят? Если не ошибаюсь, в этих случаях говорят, ровня они или не ровня. Кто сопрягает волов под плугом или коней в колесницу, смотрит, чтобы они подходили друт другу по возрасту и стати и не было несоответствия ни в характере, ни в масти. Ты хочешь соединить браком своего сына и внучку от дочери, то есть чтобы он взял дочь своей сестры, хотя сам рожден от другой матери, не от той же, что его [будущая] свекровь. Посмотри, пристойно ли звучат наименования: ведь он ее дядя, а она его племянница! Неужели тебя не останавливает само звучание этих слов: ведь «дядя» звучит почти как «дед»[3109], она будет обращаться так и к дяде, и к дедушке? И какое будет смешение во всех остальных степенях родства! Она будет называть тебя и дедом, и свекром, а ты ее — то внучкой, то невесткой. Поменяются и степени родства брата с сестрой: она станет тещей брату, он — зятем сестре. Выйдет замуж племянница за дядю — и чистота родственной привязанности сменится порочной любовью.
3. И по такому–то поводу ты говоришь, что святой муж, ваш епископ, ожидает моего суждения? Я так не думаю и не считаю! Ведь если бы это было так, он сам счел бы нужным написать мне: он этого не сделал, давая понять, что у него нет никаких сомнений. В чем он может сомневаться, если божественный закон даже двоюродным братьям и сестрам запрещает вступать в брак[3110], притом что у них четвертая степень родства? А здесь третья степень, что даже гражданским правом, как мы видим, запрещено для заключения брака[3111].
4. Но, прежде всего, вопросим предписания священного закона, ибо ты в своем письме утверждаешь, что союз в такой степени родства считается допустимым в божественном праве, потому что он не запрещен. Я же утверждаю, что он запрещен, потому что если возбраняется более дальняя степень двоюродных братьев и сестер, то уж тем более, по моему мнению, недопустим брак при близком родстве. Кто туго стягивает легкие узы, тот не снимет тягчайших цепей, а, напротив, скует ими.
5. И почему ты считаешь, что дозволено то, что не запрещено напрямую? Ты ведь не найдешь в законе и того места, где говорилось бы, что отец не должен брать в жены свою дочь. Так неужели и это разрешено, раз не запрещено? Отнюдь, запрещено по праву естества, запрещено по закону, который записан в сердце каждого человека, запрещено непреложным требованием родственной любви, самим наименованием родства. И сколько еще подобных вещей ты найдешь, не запрещенных законом Моисея и тем не менее запрещенных неким голосом природы!
6. И много есть всего, что делать позволительно, но не полезно. Всё позволительно, но не всё полезно, всё позволительно, но не всё назидает (1 Кор. 10:23). Если апостол нас предостерегает даже против того, что не назидает, как мы можем думать, что надо делать то, что и не позволительно по предписанию закона и не назидает? Да и сам порядок родственной любви несогласен с этим! Хотя сами ветхие предписания, которые были более суровыми, укрощены благовестием Господа Иисуса: Древнее прошло, теперь всё новое (2 Кор. 5:17).
3107
Письмо, вероятно, адресовано Эмилию Флору Патерну, проконсулу Африки в 393 г. В 396–398 г. он был комитом священных щедрот при дворе императора Гонория. Ему также адресованы письма Симмаха (epist. 5. 58–66). Письмо относится к последним годам жизни свт. Амвросия, так как в нем есть указание на «высшие почести», полученные Патерном от императоров. Патерн был отцом Кинегия, которому адресовано следующее письмо.
3111
Брак между родственниками считался инцестом; в древнейшем римском праве были запрещены браки до 6–й степени, в классическом праве – до 3–й степени, в доминате временно до 4–й степени (см.: Бартошек М. Римское право: Понятия, термины, определения. М., 1989. С. 150). – Примеч. ред.