5. Так, египтяне, опытные в геометрии и в наблюдении за движением звезд, считают нечестием, если у жреца нет печати обрезания. Они уверены, что без нее невозможно овладеть ни знанием магических заклинаний, ни геометрией, ни астрономией. Для придания чистоты жрецам и действенной силы совершаемому им обряду они обязательно совершают над ними таинство обрезания.
6. В истории древних народов мы находим, что обрезание признавали не только египтяне, но также некоторые из эфиопов, арабов и финикийцев. Они до сих пор считают его необходимым: посвящение через начатки крови и тела с отсечением крайней плоти разрушает козни демонов, злоумышляющих против нашего рода, и когда они пытаются повредить здоровью людей, их действию препятствует закон или вид священного обрезания. Я думаю, что в прошлом князь бесовский действительно предпочитал оставлять свои злоискусные козни против человека, на котором видел знак священного обрезания, служащий доказательством, что намеченная им жертва повинуется божественному закону.
7. Если внимательно рассмотреть назначение каждой части тела, то можно понять, почему именно крайняя плоть отсекается у мальчика и почему обрезание совершается на восьмой день, когда у матери рожденного ребенка очищается кровь, в то время как до восьмого дня считается, что кровь ее нечиста. Эти доводы обращены к тем, кто не связан с нами узами веры, и потому, как и в споре с инакомыслящими, с ними труднее найти нужные доводы.
8. Верующие же в Господа Иисуса получат другой ответ, который мы не хотели давать язычникам. Мы искуплены не тленным серебром или золотом, но драгоценной кровью Господа нашего Иисуса Христа (1 Петр. 1:18–19), но у кого, если не у обратившего нас в рабство за медь наследственной греховности? Он же назначил цену за освобождение своих узников из рабства, и ценой нашего освобождения стала Кровь Господа Иисуса. Ее пролития требовал тот, кому мы продались за наши грехи.
9. Но пока эта цена — пролитие Крови Господа ради искупления и спасения всех — не была уплачена за людей, нужна была кровь того, кто по закону и по установленному обряду соблюдал заповеди святого благочестия. Страдания же Господа стали выкупом за всех, и исчезла необходимость проливать кровь человека при обрезании. Кровью Христовой совершилось обрезание всех, на Его кресте мы все распяты с Ним, в Его погребении мы все погребены с Ним, и мы соединены с Ним подобием смерти Его, чтобы нам не быть уже рабами греху, ибо умерший освободился от греха (Рим. 6:4, 5, 6, 7).
10. Если кто–то вместе с Маркионом и Мани[3210] полагает замысел Божий достойным порицания за то, что необходимыми счел Бог заповедь о совершении обрезания и закон, предписывающий пролитие крови, то неизбежно он вынесет обвинительный приговор и Господу Иисусу, Который ради искупления этого мира Сам пролил не малую, но обильную кровь и ныне нам приказывает подвизаться до крови в неизбежном поединке благочестия, говоря: Если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною (Мф. 16:24) Если же мы считаем несправедливым обвинять того, кто в деле благочестия приносит в жертву себя и омывается своей кровыо, и возвещаем, что Господь Иисус требует подвига до крови и смерти всего тела, то можем ли мы осуждать закон за установление о ничтожной капли крови?
11. Неслучайно был дан и сам знак обрезания. Он служил печатью народа Божьего, отличавшей его οт остальных племен. Ныне же нам даровано имя Христово, мы получили право на божественное звание и больше не нуждаемся в телесном знаке. Почему вызывает негодование благоговейное терпение боли и тяготы, если испытание служит проверкой преданности Богу?! Давать младенцу отличительный знак благочестия, с которым он будет возрастать от самой колыбели, поучительно для зрелых мужей, им было уже стыдно бояться страдания или боли, которые победило нежное младенчество.
12. Для христиан же ненужной стала слабая боль обрезания. Они возвещают смерть Господа, ежечасно надписывают на своем челе[3211] презрение к смерти и свидетельствуют всем, что без креста Христова невозможно стяжать спасение. Да и кто будет сражаться в бою спицей, имея мощные копья?
3210
Маркион и Мани отрицали необходимость иудейского закона и Бога Ветхого Завета считали низшим богом, требующим лишь правосудия и не знающим милосердия.