10. Досточтимый брат наш Дамас, имея ваше решение по своему делy, да не будет ниже тех, кому он равен служением, но превосходя достоинством апостольского престола, — те подчинены власти официального суда, от которого ваш закон отделил епископскую главу[3531]. Это не значит, что после приговора он избегает судебного решения, он лишь требует предоставленной вами чести. По государственным законам, какая жизнь может быть более прочной, чем та, которая опирается на суждения вашей кротости? Чтобы его невинность была провозглашена, Дамас отдал себя на суд самым строгим епископам, которые принимают во внимание не имя, но образ жизни. Не явится вновь ни один клеветник, пытаясь обвинить достопамятного мужа, и не сможет причинить вред тому, кого укрепляет его невиновность. Однако благочестию будет нанесен ущерб причиняемыми служителям мучениями.
11. Помните также, что святой муж желает больше принести пользу вашему благочестию, чем получить ее, не отнимать у кого–то, но предоставляя правителям. Он стремится не к чему–то новому, но следует примерам древних и хочет, чтобы римский епископ защищал себя на императорском совете[3532], если его судебное дело не доверяют собору[3533]. Так, Сильвестр[3534], обвиненный в Риме нечестивцами, обратился со своим судебным делом к предку вашему Константину[3535]. В Писании достаточно подобных примеров. Например, святой апостол, подвергаясь несправедливости со стороны наместника, потребовал суда кесаря и был послан в Рим[3536]. Несомненно, ваша милость прежде тщательно исследует тяжбу и, если возникнет вопрос, решит, следует ли провести расследование. Первым вы должны решать, от судьи же требуется принятие во внимание фактов, а не произвол в вынесении приговора. Пусть ни одному бесчестному или опороченному человеку не будет доступна незаконная возможность выступать с обвинением против высшего священнослужителя или свидетельствовать против него, так как Священное Писание предписывает, чтобы не принимались обвинения с легкостью не только против епископа, но и против священника[3537], если нет заслуживающих веры свидетелей. Ни врагу, ни клеветнику, ни тем людям, о которых стало известно, чтο они выступали ложными обвинителями, ни тем, чья жизнь не заслуживает доверия, нельзя давать власть, а святость священнослужителя не должна подвергаться пыткам[3538].
8 (Maur. 14). Блаженнейшему императору и всемилостивейшему. принцепсу Феодосию Амвросий и другие епископы Италии[3539]
1. Слава о твоей вере распространилась по всему миру и пробудила сокровенное желание нашей души, чтобы твоя власть была украшена еще одной заслугой и ты вернул единство Церквам и западным, и восточным. Сочли мы, тишайший и вернейший император, что должны в своих письмах не только обращаться с прошениями к твоей милости, но и наставлять ее в церковных делах.
Печаль вызывало прекращение священного общения между Востоком и Западом.
2. Мы умолчим, чья это вина и чье преступление, чтобы не выглядеть сеятелями пустых слухов и сплетен. В своих действиях мы не раскаиваемся, но признали бы виной свое бездействие, поскольку нас часто упрекали в пренебрежении нашей общностью с восточными и в отвержении дружбы.
3. Не ради Италии, уже давно мирной, свободной от арианской опасности и не сотрясаемой никакой еретической смутой, мы решили подъять на себя труды, не ради нас самих. Мы ищем не своей пользы, но общей, не ради Галлии и Африки, чьи епископы пребывают в согласном общении, но ради устранения того, что смущает священное общение между нами и восточными, ради обсуждения этого на соборе, ради разрешения всякого сомнения.
4. Нас обеспокоило и то, о чем изволила написать твоя милость, но бóльшую тревогу вызвало известие о людях, которые пытаются утвердить в Церкви какое–то учение Аполлинария[3540]. Оно должно быть опровергнуто в присутствии обеих сторон, чтобы осужденный за вероучительное новшество и обличенный в заблуждении больше не выдавал себя за выразителя церковного учения, но за отвержение вероучения незамедлительно был лишен сана и имени епископа и чтобы у желающих вводить в заблуждение не осталось ни уловок, ни возможности никого обмануть. Ибо у того, кого не осудят обе стороны, как поистине августейшим и государевым решением определила твоя милость, всегда будет предлог подстрекать к новым спорам.
3539
По мнению Либешутца, это письмо является заключительным в серии писем (epist. 6, 9. 8), отправленных от имени Аквилейского собора 381 г. по поводу избрания на Константинопольском соборе летом 381 г. Нектария Константинопольского и Флавиана Антиохийского. От имени епископов Сев. Италии свт. Амвросий, очевидно, предлагал созвать собор в Италии для обсуждения решений Константинопольского собора; см.: Liebeschuetz, Р. 231–243. – Примеч. ред.
3540
Аполлинарий, епископ Лаодикийский (ок. 361–390), учил, что Слово Божье занимает в Богочеловеке Христе место человеческой разумной души (логоса). Его учение было осуждено на Константинопольском соборе 381 г.