Святые же Апостолы, собравшись вместе, составили краткое изложение веры, чтобы мы вкратце содержали пункты всего вероучения. Краткость необходима для того, чтобы изложенное всегда хранилось в памяти. Я знаю, что особенно на Востоке к тому, что было изначально передано от наших предков (maiores)[248], некоторые будто бы обманом, а некоторые по ревности (обманом — еретики, а по ревности — кафолики), добавили в Символ то, чего не было. Поэтому одни обманно пытаются проникнуть к нам, добавив чего не было, а другие, употребляя усилия, чтобы уберечься от лжи, как будто по благочестию и, кажется, по легкомыслию, перешли пределы, установленные предками.
3. Итак, святые Апостолы составили краткий Символ. Перекреститесь. (После того, как это исполнено и прочитан Символ)[249]. В этом Символе божественность Вечной Троицы выражена самым ясным образом — одним действованием (operatio) Отца и Сына и Святого Духа. Да будет вера наша такова, чтобы мы равно веровали во Отца и Сына и Святого Духа. Воистину, где нет различия в достоинстве, не должно быть различия и в вере. Затем, я часто говорил, что Господь наш Иисус Христос, Единственный Сын Божий, воспринял эту плоть вместе с разумной и при том совершенной человеческой душой (anima perfecta)[250], и к тому же воспринял телесную природу (corporis formam). Действительностью этого тела Он стал как человек, однако Он имеет особое преимущество Своего происхождения. Поистине «Он рожден не от семени мужа», как сказано, но «произошел от Духа Святого и Марии Девы». Ты признаешь преимущество Творца Небесного? Подлинно, Он стал как человек, чтобы воспринять наши немощи в Свою плоть, но Он пришел с преимуществом Своего вечного могущества[251].
Итак, давайте произнесем Символ. (И когда произнес, он продолжил[252] Это содержится в божественном Писании. Неужели мы должны преступать апостольские пределы дерзким умом? Неужели мы более благоразумны, нежели Апостолы?
4. Но ты говоришь мне: «После этого возникли ереси». Ведь и Апостол говорит: Надлежит ересям быть, да будут испытаны способные (1 Кор 11:19)[253]. Для чего же это? Узри же простоту, узри же чистоту. Когда появились патрипассиане, даже кафолики посчитали, что в этом месте должно быть добавлено «невидимого» и «бесстрастного», словно Сын Божий прежде был видимым и подверженным страданию[254]. Хотя Он и стал видимым во плоти, но видимой была эта плоть, а не Божество, и страдала плоть, а не Божество. Наконец, слушай, что сказано: Боже, Боже Мой, вонми Мне, почему Ты Меня оставил? (см. Пс 21:2; Мф 27:46). Так говорит Господь наш Иисус Христос страдая. Так сказано по человечеству, так сказано по плоти, словно плоть говорит Божеству: «Почему Ты Меня оставил?».
Ведь наши предки, будучи врачами, восхотели, чтобы лекарство от болезни дало здоровье. Итак, нет нужды в лекарстве, если лекарство не было необходимым в то время, когда у каких–то еретиков была тяжелая душевная болезнь. И если в тот момент стоило искать лекарство, то сейчас не нужно. Почему? Вопреки савеллианам, вера осталась неискаженной, особенно на Западе. Из этого «лекарства» ариане придумали для себя способ извращенного толкования (мы ведь содержим Символ Римской Церкви), чтобы, называя Всемогущего Отца «невидимым и бесстрастным», говорить: «Смотри, ведь это содержится в Символе», и тем представить Сына видимым и подверженным страданию. Как же так? Там, где вера не искажена, достаточно апостольских постановлений, и уверения, даже священнические, не требуются. Почему? Потому что к пшенице примешаны плевелы.
5. Начало Символа: «Верую… Единственного, Господа нашего»[255]. Произносите так: «Его Сына Единственного». Не Господь единственный. Един Бог, един и Господь. Но пусть не клевещут, говоря, что мы называем Сына и Отца одним Лицом: «И в… Единственного Господа нашего». Поскольку я уже сказал о божественности Отца и Сына, мы приближаемся к Его воплощению: «Рожденного… и погребенного». Ты знаешь о Его страдании и погребении. «В третий день… из мертвых». Ты знаешь о Его воскресении. «Восшел… сидит одесную Отца». Итак, ты видишь, что плоть не смогла повредить Божеству; мало того, воплощение стяжало Христу великое прославление. Почему же после того, как Он восшел от смерти, Он сидит одесную Отца? Он принес Отцу как бы плод доброй воли. Ты знаешь, что Он воскрес из мертвых и сидит одесную Отца. Плоть же не смогла нанести ущерба славе Божества. Ты знаешь, что Господь наш Иисус Христос сидит одесную Отца, воскреснув от мертвых, либо по преимуществу Божественности и сущности Своего происхождения, либо как воистину Вечный Триумфатор, приобретший Богу Отцу славное Царство и приняв Себе преимущество Своей победы. «Сидит одесную Отца… и мертвых». Слушай, муж. Твердо веруй, и пусть вера происходит от любви. Любящий ничего не отнимает у любимого. Как любящий друга ничего не отнимает от него, так и любящий Господа тем более ничего не должен отнимать у Него. Почему я говорю «Он сидит»? Любящему есть чего бояться. Откуда «…и мертвых»? Он Сам будет судить нас. Поэтому остерегайся принижать Того, Кто будет тебя судить. Зачем эта тайна? Неужели не один суд Отца и Сына и Святого Духа? Неужели не одна воля и не одно величие? Зачем тебе говорится, что Сын будет судить, если не для того, чтобы ты понял, что ничего нельзя отнимать у Сына? Итак, внимай — ты веруешь в Отца, ты веруешь и в Сына. И в Кого же еще? «И в Духа Святого». Какие бы таинства ты ни принял, все они принимаются в этой Троице. Пусть никто не вводит тебя в заблуждение. Итак, ты видишь, что есть только одно действие (operatio), одно освящение, одно величие достопоклоняемой Троицы.
248
Римляне были очень консервативны. У них было «инстинктивное уважение» к тому, что предано от предков (mos maiorum); см. Болотов В. В. Лекции по истории Древней Церкви. Т. 2. М., 1994. С. 16. Святитель Амвросий неоднократно подчеркивает древность Символа, составление которого принадлежит самим Апостолам. В своих огласительных беседах святитель Амвросий доказывает древность и превосходство христианских таинств над иудейскими.
250
Эта фраза направлена против учения Аполлинария Лаодикийского, которое впервые было осуждено на Римском соборе 377 года; см. Поснов М. Э. История Христианской Церкви до разделения Церквей 1054 года. Киев, 1991. С. 373.
253
Церк. — слав. перевод: Подобает бо и ересем в вас быти…; Синод. перевод: Ибо надлежит быть и разномыслиям между вами, дабы открылись между вами искусные. — Ред.
254
Предшественник святителя Амвросия по миланской кафедре, полуарианин Авксентий, имел эти слова в своем символе; см. Botte B. Introduction. P. 23.
255
Стенограф, выполняя требование древней церковной дисциплины (disciplina arcana), записал лишь первые и последние слова членов Символа.