Но если не придете, будьте паиньками, продолжает он. Держитесь подальше от дурных женщин. Идем, Уолли, обидно будет мне, черт возьми, опоздать к поздравлениям.
У турникета Джонни заявляет, что на площадь развлекаться не пойдет. Не сейчас. Может быть, попозже.
— А не поесть ли нам? — предлагает Дэйв.— Я здорово проголодался.
— Нет,— говорит Джонни.— Но ты на меня не смотри, Дэйв. Иди знай. Если потом не встретимся здесь, я тебя отыщу в городе. Наверняка отыщу. Городок-то маленький.
И, уже уходя, обернулся и крикнул — я тебя разыщу, Дэйв.
Карусель остановилась, и Дэйв идет поговорить с семейством Поруа. Рэнджи и Эйлин сидят на деревянных лошадях, каждый держит впереди по мальчугану, а меньшая дочурка восседает в лодочке в форме дракона совсем одна.
— Прокатитесь,— предлагает Эйлин.— Садитесь с ней, составьте ей компанию.
Но Дэйв хлопает себя по животу.
— Тут пусто,— говорит он.— После прокачусь. А вам принести чего-нибудь поесть?
Нет, спасибо. Не надо. Они предостаточно захватили с собой и рыбки, и жареного картофеля. И несколько бутылок шипучки. Все там, в пакете. В драконе (ну и страшилище, настоящий танихва! [10]). И все под присмотром Поппи. Запасено вдоволь. Пускай Дэйв заберется в дракона и поест и через соломинку выпьет шипучки.
Дэйв говорит — нет, спасибо, может быть, после, и опять раздается свисток, и карусель пошла по новому кругу. У обоих мальчуганов вместо кнутов палочки, и они, проезжая мимо, всякий раз нахлестывают деревянных коней.
Перед входом в палатку Дэйв видит Джерри, его трудно не заметить, яркая футболка бросается в глаза. Пиджак перекинут через руку, под мышкой другой руки большая подушка, да не простая, а фигуристая: красная вельветовая лягушка. Сейчас он испытывает свою силу — зубами тянет шнур силомера. Лицо лоснится от пота, слипшиеся пряди волос падают на глаза. Его обступили зеваки, подбадривают. Дэйв не стал смотреть.
После, говорит он себе.
Он вошел в палатку, сел за столик. Карусель опять остановилась, издали слабо доносится скороговорка аукциониста. Добрая половина столиков свободна, и Дэйв говорит девушке-полукровке, подошедшей его обслужить, что, видно, посетителей у них не густо.
— Только до середины дня,— говорит девушка.— Потом набьется полно народу. Когда кончится распродажа.
Так, может, она тоже присядет и выпьет с ним чаю? Платит он.
Она не против.
Она приносит два пирожка и тарелку разноцветного печенья, садится, и Дэйв замечает, что на чулке у нее спущена петля, нога просвечивает выше колена.
Это как же случилось?
Она улыбается и одергивает юбку.
— Нынче утром лезла через забор,— говорит она.— А вы больно скорый.
И опять улыбнулась, блеснули ровные зубы.
Долго у них тут сегодня открыто? — интересуется Дэйв.
— О, мы закрываемся очень поздно. Хотя, может, все распродадим, тогда делать будет нечего.
И опять улыбнулась.
— Да, уж больно вы скорый,— повторяет она.
Дэйв тоже улыбнулся и подумал — она, видно, рада случаю. Пожалуй, слишком радуется, слишком многим случаям и слишком часто… надо быть поосторожнее.
— Ладно,— говорит он,— не стоит спешить, начнем сначала. Как тебя зовут?
Они улыбаются друг другу, и вдруг чья-то рука стискивает плечо Дэйва.
о НЕТ
Вскинув голову, Дэйв смотрит в лицо хозяина и, при всем своем смятении, замечает — на лице этом нет ни следа вечной усмешки.
Свободной рукой хозяин достает часы. Выйдем отсюда, говорит он.
Девушка вскочила, идет прочь.
— Где Джонни? — спрашивает хозяин. И, не дожидаясь ответа, показывает пальцем: — Смотри!
Над горами, примерно в стороне их фермы, громоздятся черные тучи.
Может, они надвинутся только через несколько часов. Но он-то знает, какая разыграется буря. Пожалуй, можно еще успеть вовремя спалить тот сушняк.
— Где Джонни? — снова спрашивает он.
Дэйв не знает. Где-то в городе.
— Я его вытащу,— говорит хозяин.— Сюда,— говорит он, обхватил Дэйва за плечо и ведет напрямик.— Дневной поезд уходит через десять минут,— говорит он.— Но я слышал, он никогда не отходит вовремя.
— Но, мистер Макгрегор…— И Дэйв умолкает, неизвестно, что тут возразишь.
Хозяин пропускает его слова мимо ушей. Они бегут бегом, потом приходится лезть через забор, дальше тропинка ведет вдоль живой изгороди. Неподалеку поднимается двухэтажный дом миссис Фицджеральд; дошли до калитки, старик остановился и велит Дэйву подождать. Закрывает за собой дощатую калитку, но она опять распахивается, и Дэйву видно, как он исчезает на дорожке, петляющей между фруктовыми деревьями и ведущей, похоже, к заднему крыльцу дома. Стараясь отдышаться, Дэйв слышит голос хозяина — тот говорит все громче, похоже, спорит, потом появляется снова — он тащит за руку Джонни. А Джонни упирается. Половина пуговиц у него расстегнута, и ему никак не удается продеть запонку в воротничок.