Г л е м б а й (встает и нервно прохаживается по гостиной). Aber jetzt wäre schon genug, bitte schön…[247]
Б а р о н е с с а К а с т е л л и (сидит неподвижно, устремив взор в одну точку, и тихо вытирает глаза платочком). Es ist direkt pervers, so hilflos da zu sitzen und sich täglich beschmutzen zu lassen! Ich bin grau geworden, meine Nerven, mein Gemüt, alles, alles, furchtbar…[248]
Все сидят подавленные. Молчание. Леоне сидит слева, отдельно от всех. Он курит трубку и, как видно, внимательно слушает. Вошедший к а м е р д и н е р наливает виски и кофе. Глембай и Фабрици пьют по два виски. Все много курят. Дым.
П у б а (которому кажется, что теперь его, наконец, поймут). Не нужно относиться к этому сентиментально, как к печальному случаю: семимесячный ребенок на руках, молодая, несчастная женщина бросается в пропасть, бедняки перед дверьми капиталистов! Знаем мы этот репортерский реквизит. Это социал-демократические песенки, которые не следует принимать всерьез, господа! Нужно разобраться в этом юридически, ясно и определенно. Я самым энергичным образом высказываюсь за то, чтобы притащить этих господ газетных якобинцев в суд и вытряхнуть из них их так называемые досье. Я за то, чтобы мы в прямом и переносном смысле перетрясли все их документы и без церемоний посадили этих молодцов за решетку. Смешно! Эти подлецы будут распространять клевету и бросать оскорбления so, mir nichts, dir nichts![249] Я за то, чтобы напечатать опровержение и чтобы уже в этом опровержении заявить, что с нашей стороны возбуждено дело о клевете и оскорблении личности; и все это в двадцать четыре часа. Эту клоаку можно ликвидировать только действуя энергично.
Г л е м б а й (перестает ходить, на минуту остановившись перед Пубой). Ну, хорошо. А какой непосредственный результат могут иметь эти твои энергичные действия? Еще один процесс? А пока дело дойдет до нового процесса, эти канальи будут тебя целый год терроризировать. Знаем мы из опыта, что такое нарушение законов о свободе печати!
П у б а. Именно потому, что дело перенесено на страницы печати, и именно потому, что тут демагоги пытаются заработать политический капитал и авторитет у простонародья, именно потому, дядя, что все это перешло в сферу демагогии, я считаю совершенно необходимым принять вызов. Я нахожу, что здесь, в данном конкретном случае, всякое аристократическое «высокомерие» неуместно и опасно. Тут каждый час промедления может иметь роковые последствия.
248
Это просто чудовищно — беспомощно сидеть и позволять изо дня в день выливать на тебя грязь. Я стала седой, мои нервы, мое сердце… все, все, ужасно…