Только один из воинов собрался прыгнуть на него, как Кор бросился вперед, навстречу пламени, сальто позволило ему избежать огня, приземление было таким же отточенным, как и сам прыжок в воздух.
Нацелившись на огромное изогнутое лезвие, он схватил рукоять и…
Это была коса. Простое сельскохозяйственное орудие, лезвие, прикрепленное к деревянному черенку с помощью кожаных подвязок, оно прилегало тесно, как мясо к кости. Времени на то, чтобы приспособиться, было мало. Но, как выяснилось, оно и не требовалось вовсе.
Вскинув орудие и сжав рукоять, он…
Нацелился на воинов, одного за другим.
Сначала они потешались над ним, подначивали его. Но когда он перерубил одного из их товарищей практически пополам, отношение изменилось. Они достали пушки, полетели пули с огромным шумом и плохим прицелом, свинец свистел мимо него. А потом воины сгруппировались, собираясь напасть всем строем.
Это не имело значения. Он убил их одного за другим, отсекая руки и ноги, вспарывая брюхо или чресла, кровь летела во тьме ночи, накрывая его тело подобно одежде.
И так до тех пор, пока в живых не остался последний… бородатый мужчина, которого он огрел бревном по голове. И как только мужчина осознал, что его собратья пали или находились при смерти, он рванул в чащу, так быстро, как только мог.
Благодаря кожаным мокасинам, Кор бесшумно преследовал свою жертву в уверенном темпе, он и раненый мужчина продирались через кустарник и деревья, виляя из стороны в сторону, воин пытался подобраться к лошадям. Кор тоже был ранен и истекал кровью, но по неясной причине он не чувствовал слабости. Он испытывал одновременно онемение и прилив сил.
А потом все кончилось.
Мужчина уперся в скалу, по которой не мог взобраться и не мог обойти ее из-за крутого подъема.
Кор понимал, что должен закончить начатое.
И от этого было больно.
— Бери, что хочешь, — сказал задыхающийся воин, сплюнув кровь. — Просто возьми, что хочешь. У нас есть оружие. Ты много выручишь за лошадей. Оставь меня, и я тебя не трону.
Жаль, что не было иного выхода. Но Кор понимал, что если воин выживет, то он станет мишенью. Этот мужчина был свидетелем, которого необходимо уничтожить, иначе боец соберет подкрепление и придет по душу того, кто убил его товарищей.
— Просто возьми…
— Прости меня за то, что я вынужден сделать.
С этими словами Кор, согнув колени, бросился вперед и описал оружием круг, отсекая руку, которой мужчина пытался прикрыться, а затем, по нисходящей траектории зацепил шею.
До конца своих дней Кор запомнит, как голова слетела с шеи, кровь красная, словно вино, хлынула из вскрытых вен.
Когда поднялся ветер, туша рухнула наземь как неодушевленное тело, коим оно и стало, и внезапно коса стала слишком тяжелой для рук Кора. Фермерское орудие труда, которое превратили в оружие, рухнуло ему в ноги, лезвие было покрыто кровью.
Кор пытался сделать вдох горящими легкими, и когда он поднял взгляд на небеса, смелость и целеустремленность покинули его, а к глазам подступили горячие слезы.
Запах крови, которую он пролил, смешавшийся с земляным запахом травы, мха и лишая…
Он не знал, что ударило его. В одно мгновение он потерялся в нахлынувшей печали от того, что он натворил. В следующее он рухнул на спину…
… и оказался прижатым к земле самым жутким вампиром, которого он когда-либо встречал.
Огромный. Невероятно широкий в плечах, он загораживал собой небеса. А его лицо было неописуемо зловещим, черты исказились в коварной ухмылке, обещавшей сперва страдания и лишь потом — смерть. А его глаза… бездушные, наполненные холодным расчетом и раскаленной яростью.
То был вожак стаи, подумал Кор. Подобный тому волку, что стоял в дверях соломенной хибары много ночей назад.
— Так, так, так… — раздался голос низкий, как раскаты грома, острый, как тысячи кинжалов. — Только подумать, и это меня называют Кровопускателем[67]…
Кор согнулся в талии с резким вдохом. Первое мгновение он не соображал, где находится, и в панике осмотрелся по сторонам.
Исчезли стены пещеры, полки с сосудами, каталка и Братья-стражи. Вместо них… появился огромный ТВ-экран, в настоящий момент черный, как дыра в космосе.