– Ну ты полный кретин! Для меня это трагедия!
Голос у меня сорвался, я опустила голову и сжала кулаки.
– Я рискую потерять работу, – мрачно объявила я.
– Кто-нибудь объяснит ей разницу между отпуском и увольнением? – завопил Адриан, схватившись за голову обеими руками.
– Он тебя не уволил, – вступил Седрик. – Он попросил тебя взять отпуск, а это совершенно другое дело. Получается, он не такой уж гад.
Я испепелила зятя взглядом. Они все уставились на меня, как если бы я прилетела с другой планеты, то есть в очередной раз никто не сделал ни малейшего усилия, чтобы понять серьезность ситуации. Алиса села рядом со мной, обняла меня. Отодвинься, Алиса. Не трогай меня. Я задыхаюсь в твоих объятиях.
– Я понимаю, что ты огорчена, но это принесет тебе пользу.
– Нет! Нет! Ты вообще не врубаешься! – завизжала я срывающимся голосом. – Что я буду делать целых три недели?
– Поехали с нами!
– Yes! – подхватил Адриан.
– Да, да, – захлопала в ладоши Жанна. – Это будет супер! На каникулы все вместе!
– О чем вы говорите? – спросила я, наконец-то высвобождаясь из Алисиных рук.
– Ты же знаешь, мы уезжаем в воскресенье, я тебе говорила.
Я об этом вообще не помнила.
– У вас, что ли, у всех отпуск?
– Тридцать первого июля многие в отпуске, Яэль! – проинформировал меня Седрик.
После его слов я вспомнила, что сейчас лето.
– Ну и лицо у тебя! – воскликнул Марк. – Ты что, не в курсе, что сейчас период отпусков? В былые времена ты только о каникулах и думала!
Седрик сделал ему знак, что безопасности ради лучше помолчать. Я опустила голову и стала теребить пальцы – собственная забывчивость потрясла меня. Лето, повышение температуры, яркое солнце не ассоциировались у меня с отпуском… Лето я воспринимала лишь в плане его последствий для работы.
– Нет, – призналась я. – В любом случае я не намерена расслабляться.
– А вот я с удовольствием это сделаю! – сообщил Марк.
Я резко подняла голову, и наши глаза встретились. Отдохнуть всей компанией, с ним, как раньше… Вот только больше ничего уже не будет как раньше. Эта мысль была странной и смущающей. Он слабо улыбнулся.
– И вообще, Яэль, мы уезжаем не так чтобы далеко от тебя, – мягко добавила Жанна, и ее реплика отвлекла меня от Марка.
– Ничего не понимаю, куда вы собрались?
Алиса подошла, опустилась на корточки и взяла мои ладони в свои.
– А как по-твоему? Куда бы нам хотелось поехать?
Мой рот раскрылся сам собой, и я, не задумываясь, произнесла то, что всплыло издалека, совсем издалека:
– В «Птит Флёр»…[5]
Она кивнула, видно было, что она счастлива. «Птит Флёр» – загородный дом наших родителей, в Любероне, в Лурмарене. Этот дом так назвали в память о гуманитарном проекте в Эфиопии, в котором участвовали мои родители. Там, в Африке, была, кстати, зачата Алиса. Они влюбились в эту страну, в ее жителей и в столицу Аддис-Абебу, что означает «новый цветок». С тех пор они активно сотрудничали с благотворительной ассоциацией, которая вела в тех краях гуманитарные программы. После смерти бабушки и дедушки, которых я почти не помню, отец унаследовал землю. Дом на ней он выстроил практически собственными руками, когда мы были детьми. Он использовал сочетание современных и старинных материалов, большие застекленные окна контрастировали с тесаным камнем. Все это создавало гармоничный и умиротворяющий ансамбль. Пока шло строительство, мы с мамой и Алисой жили в вагончике и в сарае. Я там не появлялась уже долгие годы. На самом деле больше четырех лет… с моего последнего отпуска, как напомнил Бертран. А ведь раньше я так любила эти края, чувствовала себя в «Птит Флёр» дома.
– В общем, и не думай артачиться, мы тебя забираем! – радостно воскликнул Адриан.
– Мы трогаемся в воскресенье утром, – сообщил Седрик. – Заедем за тобой в шесть утра.
– Ну да, переночуешь дома, а мы тебя оттуда заберем, – решила Алиса.
– Стоп! Стоп! Стоп! Моим мнением кто-нибудь поинтересуется, или как?
Я встала с дивана. Все завертелось как-то слишком быстро. Я стояла перед ними, и пять пар глаз неотрывно следили за мной.
– Я уверена, что на выходные Бертран перезвонит мне, я не могу уехать из Парижа.
– Еще как можешь, ты же в отпуске.
На первом этапе главная задача – успокоить их. Поеду на три дня. И ничто не помешает мне вернуться, как только захочу.
– Дайте мне два дня, и я приеду к вам поездом.
Алиса издала радостный вопль и повисла у меня на шее. Я сомкнула руки за ее спиной только через несколько секунд, потому что и сама ситуация, и взгляд Марка повергли меня в смятение. Этот взгляд, одновременно серьезный и пронизывающий, был мне незнаком. Мне стало неуютно, и я постаралась поскорее отвести глаза.