– Почему? Но это невозможно!
Марк отпустил меня, и мы в конце концов добрались до моей двери. Он прислонился к стенке и бросил на меня вопросительный взгляд, я пожала плечами и вставила ключ в замочную скважину.
– Заменишь меня завтра утром на переговорах.
– Я не могу. У меня собрание команды. Мы должны проанализировать, как идет привлечение новых клиентов. Я не могу так поступить с коллегами.
– Тоже мне проблема! Перенеси свое собрание, поговорите в конце дня.
– Всю вторую половину дня у меня видеоконференция на другом конце Парижа.
– Слушай, Яэль! Что ты уперлась? Это не так уж сложно, вызови их к восьми в агентство, никуда они не денутся. Это тоже часть работы босса! Пора уже знать, чего ты хочешь.
– Хорошо, хорошо, – сдалась я, заходя в квартиру.
Марк закрыл дверь и остался стоять за моей спиной, совсем-совсем рядом.
– Что-то еще, Бертран?
– Приходи завтра пораньше, и все обсудим.
– Буду в восемь, обещаю.
– В семь тридцать.
Он отсоединился. Медленно-медленно я опустила руку с телефоном, изгоняя Бертрана из своих мыслей.
– Извини, – пробормотала я.
Я почувствовала его руку на своей, на той, что с телефоном.
– Можно?
Не дожидаясь ответа, он взял мобильник и положил его на столик в прихожей.
– Не бойся, я не собираюсь выбрасывать его в окно. Просто хочу, чтобы мы были только вдвоем и твой шеф не явился к нам на ужин.
Его губы коснулись моего затылка, я инстинктивно придвинулась к нему, желание стало почти нестерпимым.
– Это ты о ком? – прошелестела я.
Чуть позже мы лежали в постели лицом друг к другу, и простыня прикрывала нас до пояса, а Марк рассеянно гладил мою руку.
– Наверное, уже пора устроить экскурсию по твоей квартире. Не могу сказать, что мне не нравится твоя спальня или твоя кровать… но мне будет любопытно увидеть и все остальное.
– Я не виновата, что ты не можешь сдержаться, – парировала я.
Марк взобрался на меня, прижал к матрасу и закрыл мне рот поцелуем.
– Лежи, сам разберусь.
Он быстро надел джинсы и отправился знакомиться с моей квартирой. Я потянулась, перевалилась на живот, засунула руки под подушку и слушала, как он насвистывает в гостиной, рядом, совсем рядом. Обычно я не выношу вторжения в свой дом, а сейчас мне нравилось, что он здесь, смотрит на мои вещи, трогает их, обживается у меня. Никогда и никто не пользовался таким правом, и я находила естественным, что он стал первым, кому я это позволила. Послушай, Яэль, ты просто больная. Нельзя так широко распахивать дверь, нельзя попадать в такую эмоциональную зависимость от него, ведь это сделает меня уязвимой. Я надела трусы и длинную футболку и пришла на кухню к Марку. На пороге я застыла и не сумела сдержать смех. Моя сверкающая, чистейшая, безупречная кухня, где царил безукоризненный порядок, превратилась в поле битвы. Все поверхности были заставлены – можно подумать, он опустошил кухонные шкафы. Когда я появилась на пороге, он как раз плюхнул в мойку полную ложку сливок, и брызги разлетелись во все стороны, осев на фасаде из нержавеющей стали ближайшего шкафчика. Ну и неряха! Но как на него сердиться, когда он напевает – как обычно, фальшиво – песню Генсбура, присматривая за готовящейся на плите едой.
Он явно намерен добить меня. Я прошла вперед и остановилась рядом с ним. Мне показалось, что его что-то забавляет, но я не знала, что именно. В любом случае то, что должно было стать нашим ужином, пахло восхитительно. В меню была паста с натертыми на терке овощами, которые он обжаривал на сковородке.
– Ну как? – спросил он, дав мне попробовать соус.
Я зажмурилась от удовольствия, вкус ни в чем не уступал аромату, который распространяло кушанье.
– Божественно!
– Стесняюсь спросить, ты когда-нибудь пользовалась всем этим? – поинтересовался он, указывая на мой набор кухонной посуды.
– Ни разу! Ты первый!
– Напомни, пожалуйста, сколько ты здесь живешь?
– Четыре года. А почему ты спрашиваешь?
– Фантастика!
– Как это понимать?
Он коснулся моих губ поцелуем.
– И впрямь неплохой соус получился… Ты такая смешная, – добавил он.
Когда все было готово, я уселась на диван, скрестив ноги, и поставила тарелку на колени. Марк проворчал, что мой диван – это и не диван вовсе, и устроился на полу перед кофейным столиком. Мы ужинали, болтали о том о сем и целовались. Я и не заметила, как съела всю огромную порцию пасты, которую Марк положил мне. Никогда еще в моей квартире не было такого бардака, но мне странным образом было наплевать. Не угодила ли я вдруг в некое параллельное измерение?