7
Хан не спешил с выполнением своих обещаний. Прежде чем совершить набег на землю Рус, он снарядил послов к соседним племенам - договориться о союзе против русичей.
Послы должны были сказать половецким ханам:
"Время для большого похода в землю Рус созрело. Русичи, словно волки, грызутся между собой. Киевский князь разбил князя полоцкого и сжёг его города. Русичи устали от убийства своих сородичей, им будет не до нас. Чьи руки жаждут добычи, пусть идут с могучим ханом Сатмозом. Да будет славен Аллах! Да будет доволен обилием жертв грозный тягри!"
Послы привезли радостные вести. Соседние ханы ответили: "Да продлит тягри твою жизнь, многомудрый хан! Мы идём с тобой, и наши лучшие воины идут с нами".
В середине мая орда Сатмоза двинулась в землю Рус, обрастая по пути новыми тысячами воинов. Орда растянулась настолько, что задние не видели передних, а ведь половцы различали предметы, если позволяла местность, на расстоянии дня пути, за десятки вёрст.
В центре колонны ехал сам Сатмоз с сотней телохранителей. Среди них был и певец хана Елак. Ему хотелось забыться в бою. Он мечтал захватить богатую добычу и стать равным Сатмозу. Пусть Оголех услышит о его славе, пусть её сердце замрёт от гордости за него и заболит от терзаний.
Чтобы хан ни в чём не испытывал недостатка в пути, за ним везли юрты, жён и рабынь. На одной из колымаг с кожаным покрытием ехала девочка-рабыня Узаг.
По мере продвижения половцев степь постепенно менялась. Словно одинокие часовые появлялись деревья. Узаг казалось, что уже запахло Русью. Она верила: свои, русичи, разобьют поганых и освободят её. И однажды она выпрыгнула из колымаги, стремительно подбежала к белокорой берёзке, обняла её, зашептала:
- Я не Узаг, я - Марийка...
Половцы двигались всё дальше и дальше. За ними оставалась пустыня. Кони съедали и вытаптывали всю траву.
Уже загорелись первые русские сёла. Уже по земле Русской разнеслась вонь от нечёсаных голов, от грязных тел, запах конского пота, гортанные крики на чужом языке. И уже покатилось в плаче женщин и визге детей страшное известие:
- Поганые идут! Половцы! Степь на Русь течёт!
Глава XV
ТАМ, ГДЕ ЯРОСЛАВ РАЗБИЛ ПЕЧЕНЕГОВ... [98]
1
- Поганые! Половцы идут силой неисчислимой!
Измученный гонец едва держался на ногах. Казалось, не усталость, а тяжесть привезённого известия согнула его плечи.
Воевода Коснячко расспросил его о направлении, по которому движутся половцы, о приблизительной численности врагов. Князь Изяслав велел позвать прибывшего в Киев Вышату Остромирыча, тысяцких Жарислава и Склира Жариславича и ближних бояр на думу.
Князь был бледен, его пальцы дрожали, и, чтобы скрыть эту дрожь, он всё время вертел что-то в руках. Бояре притворялись, будто не замечают растерянности повелителя.
- Думайте, бояре мои, что делать, - сказал князь.
Наступила гнетущая тишина.
Первым заговорил Жарислав:
- Мыслю, княже-господине, выждать нужно. Говорили святые мудрецы: "Не поспешностью, а осторожностью". Поганые на переяславльской земле душегубство творят. Может, до наших краёв и не докатятся. Всеволод, брат твой меченосный, их остановит. "И да вступится брат за брата..." А если поганые испугают Всеволода, ты, светоносный, ударишь на них. Поганых усталость одолеет. Они и ратиться с нами не захотят. И отгонишь ты их, яко в Писании молвлено: не мечом, а миром.
Гневно заговорил тысяцкий Гарлав:
- Ты, боярине, мягко стелешь, да жёстко спать. Лисой вьёшься, волчьи клыки прячешь? Чего хочешь? Тайный умысел имеешь. Чтобы Всеволода разбили. А ты с детьми своими ещё больше нужен князю станешь. Ибо на кого же господину надеяться? Да только не будет так. Слышишь, волче, не будет!
Склир Жариславич внимательно смотрел на шею тысяцкого Гарлава. Там краснел давний рубец от сабли печенега. Склир очень жалел, что удар печенега оказался слаб.
98
…
"Узнав о набеге печенегов, он (Ярослав) спешил из Новагорода в южную Россию и сразился с варварами под стенами Киева. Варяги, всегдашние его помощники, стояли в средине; на правом крыле граждане киевские, на левом новогородцы. Битва продолжалась целый день. Ярослав одержал победу, самую счастливейшую для отечества, сокрушив одним ударом силу лютейшего из врагов его. Большая часть печенегов легла на месте; другие, гонимые раздражённым победителем, утонули в реках; немногие спаслись бегством, и Россия навсегда освободилась от их жестоких нападений" (