26 марта производилась разгрузка пяти тонн экспедиционного груза, перегрузка его на верблюдов и доставка к вокзалу, откуда экспедиция поездом выехала в Равалпинди. Так как расстояние от Карачи до Равалпинди очень большое – 1500 километров – и переезд длится долго, путешественникам были предоставлены спальные вагоны. Поезд останавливается на немногих больших станциях: Хайдарабаде, Лахоре, Равалпинди. Во время переезда австрийцы, выросшие в стране умеренного климата, испытывали все, кроме удовольствия. Основные впечатления об этом переезде, как они потом говорили, были следующие: «невыносимая, изнуряющая жара, неутолимая жажда, песок и пыль». Несмотря на то, что в каждом купе имелся вентилятор, охлаждения воздуха совершенно не чувствовалось, наружная температура воздуха была равна 45°. При переезде пустыни Синд в щели вагона набивался пылевидный песок, а чем дальше поезд шел на север, тем больше приходилось страдать от невыносимой пыли, которая, казалось, свободно проходит сквозь стекла и обшивку вагона.
Через 28 часов члены экспедиции прибыли в Равалпинди, откуда намеревались вылететь самолетом в Скардо – исходный пункт всех экспедиций в Каракоруме. Два дня спустя, 13 апреля, точно к назначенному времени, в 5 часов утра, весь состав экспедиции находился на аэродроме. Груз был размещен в самолете, участники заняли свои места и с нетерпением ожидали вылета. Но увы, после трехчасового ожидания летчик сообщил, что вылет откладывается на день из-за плохой погоды на трассе. Но летчик уверял: «завтра обязательно полетим». Самолет разгрузили, и альпинистам пришлось терпеливо ожидать счастливого «завтра».
В течение четырнадцати дней каждое утро участники экспедиции пунктуально приходили на аэродром и столько же раз они слышали роковое: «сегодня нет летной погоды, завтра вылетим».
Скорее уже по привычке, нежели в надежде на возможный вылет, пришли австрийцы утром 27 апреля на аэродром и вдруг услышали: «Давайте грузиться, сегодня летим». В феноменально короткий срок все пять тонн имущества были погружены и места заняты. Моравецу, как имениннику (у него 27 апреля был день рождения), в виде подарка было предоставлено место в кабине штурмана. Последние приготовления были закончены, и самолет поднялся в воздух. Но едва машина пролетела над первым горным хребтом, как правый мотор отказал, и самолет резко накренился. Летчик рванул тяжело нагруженную машину вверх, сделал крутой вираж и, лавируя между хребтами, благополучно возвратился на аэродром. Бледные от пережитого испуга альпинисты вышли из самолета и, только чувствуя под ногами твердую землю, успокоились. Час спустя неисправность была устранена, и, уже не так поспешно, как утром, без особого энтузиазма, все заняли свои места. Опасения были напрасны: на этот раз двухмоторная машина благополучно, без приключений пролетела трассу, через полтора часа внизу уже виднелось Скардо. Но тут экспедицию ждала новая неприятность. На аэродроме был выложен знак «посадка запрещена». В связи с тем, что в последние дни прошли сильные дожди, все летное поле было залито водой. Четыре круга совершил летчик вокруг Скардо и, наконец, несмотря на запрет, все же отважился на посадку. Летчик осторожно, мастерски посадил машину. Перелет через сказочные Западные Гималаи был закончен.
В Скардо находится резиденция уполномоченного пакистанского правительства, являющегося фактически полновластным правителем всего района. Он не только политический представитель, верховный судья, прокурор и главнокомандующий войсками района, в его функции входит также надзор за правильным материальным обеспечением носильщиков экспедиции.
До 1953 года экспедиции имели возможность по своему усмотрению нанимать носильщиков даже из Напала и Индии. Начиная с 1953 года, положение резко изменилось. Экспедиции, получая визы на въезд в Пакистан, были обязаны дать обязательство, что ими не будут использованы в качестве носильщиков шерпы или другие народности Индии, что носильщики будут наняты только из племени балти или, в крайнем случае, хунза.
Приезда экспедиции ожидало в Скардо большое число балти, из которых уже было отобрано 16 высотных носильщиков.
Уполномоченный в сопровождении «советника по вопросам найма носильщиков» лично проверял качество обмундирования и снаряжения, которым австрийцы были обязаны снабдить каждого из высотных носильщиков, – высокогорные ботинки, штурмовые костюмы, свитеры, надувные матрацы, спальные мешки и пр. Все предметы были критически осмотрены и в конечном итоге признаны годными. Тут же уполномоченный сообщил условия материального обеспечения носильщиков. Ежедневная зарплата носильщиков составляла: до главного лагеря – 5 рупий, до 7000 метров – б рупий, выше 7000 – 7 рупий. Экспедиция должна были обеспечить носильщиков ежедневным продовольственным пайком, в который входило: 750 граммов муки аттаСсылка15, 250 граммов риса, 200 граммов мяса, 60 граммов говяжьего жира, 120 граммов сахара, 5 сигарет, витамин «С» в таблетках, сгущенное молоко, соль, лук, чай и перец.