Мой мозг некоренного, но урожденного москвича кипел… Я неплохо знаю город, езжу за рулем больше пяти лет, но не сразу смог придумать что-то путное. Сперва предложил поехать до Садового, оттуда до Красных ворот, оттуда до вокзалов. Потом предложил все же попробовать проехать на метро, от нас можно было доехать до Белорусской, а это всего несколько остановок до Комсомольской.
И только после меня осенило: я вспомнил, что, когда был последний раз на площади Тверской заставы – там же не проедешь днем – я обычно машину оставлял перед эстакадой со стороны Ленинградки и шел пешком. Так вот, я слышал, как зазывалы приглашали в автобусы, которые шли по всем вокзалам сразу. Это был выход.
Через пару дней меня перевели в двушку. Да, это была палата № 6, можно подумать, кто-нибудь сомневался. Это как раз она и была моим «кабинетом».
По утрам сдаю анализы. Манипуляционная сестра сменилась, раньше это было хрупкое юное создание с вороной гривой, теперь – тетя внушительных размеров. Довольно скоро стало понятно, что с новой сестрой очень легко договориться. К слову, когда я умудрился простудить горло незадолго до операции, она ежедневно приносила мне по два пузыря казенного мирамистина для полосканий. Как хотите, а показательный факт. Причем делала она это даже без моих напоминаний.
Прохожу анализ под названием ФВД. Обследование, которое должно определить, каким образом меня будут загружать на операции. (Дело в том, что на клексане использовать спинальную или эпидуральную анестезию не рекомендуется, вплоть до паралича нижних конечностей последствия, лучше уж с трубками).
Бабуля божий одуванчик протянула мне трубку, на конце которой была не то боксерская капа, не то эта вот штука, что в дайвинге используется для подачи кислорода. Выглядела она, мягко говоря, не новой… Я поинтересовался, насколько это вообще стерильно. Бабуля обиделась, сказала, что они каждый день все дезинфицируют. Не скажу, что меня этот аргумент сразил, но делать нечего, закусил я эту штуку.
Я вообще всегда считал, что и грудная клетка, и дыхалка как таковая у меня будь здоров. Но то ли бабуля давала указания как-то нечетко, то ли что, в общем, результат у меня еле дотягивал до нижней границы допустимого предела. Каждый раз бабуля смотрела на результат, мотала головой и повторяла: «Нет, ну это никуда не годится». Только раза с третьего удавалось получить более-менее сносный результат.
Еще была эхограмма сердца. Выглядит как обычное УЗИ. Врач изъелозила меня вдоль и поперек, отчаянно хмуря брови. Наконец не выдержала:
– Вы на что-то жалуетесь? Давление, боли в сердце, одышка?
– Нет. У меня просто ТЭЛА[6] в 2006-м была.
Врач просияла:
– А! Так вот в чем дело! А я все не могу понять, чего вас ко мне прислали, все же в порядке.
Были еще ЭКГ, осмотры у терапевта, УЗИ… Когда рассказываешь, может показаться, что программа была насыщенной, как перед полетом на орбиту. На самом деле были дни, когда из значительных событий случался только анализ крови с самого утра, а то и вообще ничего, я просто находился в палате с 9 до 16, после чего заходил в ординаторскую, и меня отпускали с миром. Теоретически я мог понадобиться на какое-нибудь обследование. Я и не возмущался. Здесь, во всяком случае, на меня не смотрели с удивлением, как на работе.
Положили забавного соседа. Он упорно выкал мне, хотя я видел, что мы ровесники, выяснилось даже, что он на год старше меня. Его скоро начали химичить, но, насколько было видно, переносил лечение он довольно легко, только после третьего дня – из трех – его покошмарило немного ночью, а так он только бегал в туалет каждые полчаса, все-таки объем вливаний был существенным. А сразу после окончания химии выписался и уехал домой.
Сосед заставил меня хохотать, когда я однажды отвел глаза от монитора и обратил внимание на книгу, которую он читал.
«Раковый корпус» Солженицына. Я был в диком восторге! Согласитесь, определенный заряд здравого цинизма в этом есть.
На пятничном обходе завотделением сказал: если протез привезут в Пн, его поставят в Ср, привезут после – поставят в следующий Пн. Сказал, что протез «подгоняют до микрона», процесс это долгий и трудоемкий.