Она хитро улыбнулась и ушла. Вернулась с двумя довольно большими букетами и двумя бутылками шампанского. Говорить ей что-либо было уже бесполезно. Я только помог ей с сумками, и она отнесла цветы и шампанское сперва одному, потом второму. И еще купила мандаринов – для меня.
Она принесла альбом.
– Я покажу вам, можно, пока Валентина нет? Он не любит этого.
Она оказалась эпизодической актрисой, снимавшейся во многих известных фильмах. Показывала свои снимки со знаменитыми актерами, режиссерами, композиторами.
– А вот это мой покойный муж.
У меня вырвалось:
– Вот это да! Три Красных Звезды! Я такого никогда раньше не видел!
– Да, три ранения. Сейчас я продаю их, нет денег, чтобы лечить Валечку.
– Подождите, как можно продавать такие ордена? Нет, так не пойдет.
Я рассказал ей про доктора Лизу, дал ее номер, объяснил, что она помогает тем, кому некуда идти, просил позвонить и ни в коем случае не продавать ордена. Она вроде бы согласилась. Говорила «ну что я буду стоять с протянутой рукой? я никогда в жизни…». Но позвонить согласилась.
Она все ходила из угла в угол, а в коридоре звучал голос B2. Я спросил, почему она не сходит к доктору и не спросит его, когда наконец привезут?
– Что вы, Пашенька! Я не стану просто так беспокоить доктора, у него и без меня дел полно!
– Тогда давайте так. Вот мой ортез[7]. Вот мои костыли. Сейчас я всю эту амуницию надену и пойду беспокоить доктора, чтобы он сказал вам наконец, когда привезут вашего сына!
– Хорошо, хорошо! Я пойду!
Его привезли, впрочем, довольно быстро. Я в тот момент уже собирался, и мой генерал приехал за мной.
Валентин держался молодцом, как и можно было предположить. Пытался перепрыгнуть с каталки на кровать, но его остановили и аккуратно перенесли.
Я уже собирал вещи, одевался и был готов уходить. Мы с Валентином пожелали друг другу скорейшего выздоровления – и попрощались.
Я попросил сиделку и генерала чуть обогнать меня, а маму Валентина – выйти в коридор и поговорить со мной.
– Татьяна Григорьевна, пообещайте мне, что сделаете одну вещь.
– Пашенька, что?
– Послушайте. Я, несмотря на то что находился здесь, получал зарплату. Вы видели, за мной пришел человек, это мой руководитель. Он помогает мне, пока я болею, поэтому деньги у меня есть.
Я достал все деньги, что были с собой (к сожалению, их было немного, но я знал, что у нее после цветов и шампанского не осталось ничего). Она закричала:
– Пашенька! Я не могу!!
– Татьяна Григорьевна! Я звонил вам про сына. Вы мой должник! Мне это ничего не стоит, и вы обидите меня, если не примете мою помощь!
Она заплакала, поцеловала меня, сказала много добрых слов. Я с облегчением вздохнул. Я был уверен, что не возьмет ни за что.
с одной стороны, эта глава несколько опережает события, поскольку в ней рассказывается уже о том, что было после выписки – а об этом я еще не написал
с другой, лучше рассказать так, последовательно, дорассказав историю с Валентином
а про выписку – позже
Когда приехал домой, отдышался и собрался с мыслями, понял, что с сиделкой для Валентина надо что-то решать. Посовещались с доктором Лизой, решили, что я найду сиделку. Позвонил сиделке, помогавшей мне, – не ответила. Написал смс, предложил ей эту работу. Перезванивал еще дважды. С утра она ответила, что уже нашла через фирму работу на месяц.
Ничего, согласовываю с доктором Лизой другую цену (через фирму, понятно, дороже), звоню:
– На сегодня прямо можете найти?
– Да, можем.
– Хорошо, пишите адрес. Герцена, ортопедия, палата такая-то.
– А что за больной?
– Вырезана опухоль из ноги…
– Так, а вот наши расценки…
– Знаю я ваши расценки, 1400 за сутки.
– Нет, почему. Онкологические больные у нас идут по 1600 рублей. Там же, понимаете, специфика, там все сложнее…
– Минуточку! Две недели назад я делал заказ ровно в ту же больницу. У меня было точно такое же заболевание. И услуги стоили 1400. С какой стати еще 200 рублей? И что за специфика? Обычное послеоперационное восстановление!
– Ну… вот такой прейскурант, так начальство решило…
– Я искренне желаю вашему начальству на эти 200 рублей поиметь себе что-нибудь онкологическое…
– Ну что вы так сразу. Давайте данные по больному…
Все сообщил, рассказал, объяснил. Попрощался словами:
– Передайте начальству, что я буду очень недоволен, если оно решит нажиться на моем больном!
7
Ортез – у меня это было литое (из двух частей) либо сборное (из ткани и металлического остова) приспособление, удерживающее ногу в определенном положении и снижающее нагрузку на нее.