Время.
Несмотря на то что опухоль, как показал ее анализ после иссечения, была на одной из начальных стадий, все-таки я потерял много времени. Судите сами: магнитно-резонансная томография (МРТ) была сделана в конце мая, с ее результатами я добрался до врача только в начале июля, когда доктор увидел в результатах «что-то не то» и решил, что надо сделать пункцию.
Чуя неладное, я еще через две недели решил поехать на пару дней к бабушке в Крым и побывать в моем самом любимом на свете месте – на верхушке Генуэзской крепости в Судаке. Что и сделал.
Потом я вернулся, поехал за иглой для пункции через неделю, еще через дня три сделали пункцию, и еще через две недели был готов результат, и это уже был конец августа, – между анализом, который мог обнаружить негативные изменения, и результатом пункции прошло три месяца. Могло быть не более трех недель.
Врачи тоже молодцы. Поскольку они полагали, что новая опухоль – метастаз старой, то думали делать сперва химию, потом уже операцию. Из-за этого не ставили сразу фильтр. Потом передумали насчет химии, но только через неделю заказали протез. Делали его еще месяц, после чего наконец я лег на операцию. Получается, что, приди я с результатами анализов, скажем, в начале июня, к концу лета уже, в принципе, все могло кончиться. Разве что летом было бы обиднее валяться на больничных койках, это да. Но все же в этих вопросах время решает если не все, то многое. Сто раз повторял себе, но все равно не помогало: не жди, не бойся, сделай и забудь.
Деньги.
Было даже интересно вспомнить все более-менее существенные траты, связанные с болезнью.
Представляю вашему вниманию список в хронологическом порядке.
Подозреваю, что мог вспомнить не все расходы, так что погрешность где-то в 10 % допускаю. Для ровного счета пусть будет двести тысяч[10].
<Из 2021-го добавлю также, что если в силу перенесенного заболевания или его последствий есть возможность получить инвалидность, лучше сделать это, не смущаясь, как я поначалу, самого понятия или статуса. Мне много раз говорила об этом матушка, но я, как обычно бывает, ее не слушал.
Когда же в определенный момент посчитал, что за прошедшие с первой операции и химии годы мог бы получить порядка миллиона рублей пенсии (даже с учетом ее не слишком большого размера) – таки оформил.
Кроме того, возможность бесплатного проезда на общественном транспорте, включая электрички, экономит не только деньги, но и лишние телодвижения.>
Силы.
Говорят, можно достичь такой степени просветления, при которой тебя не будут огорчать плохие вести. И что можно стать настолько сильным, чтобы руки не опускались, даже когда будет совсем тяжело. Я не исключаю, что такое действительно возможно, могу только сказать честно, что сам я так не умею. Конечно, что-то во второй раз проходит куда проще, но в целом – не думаю, что к этому можно привыкнуть.
Самое сложное после болезни, на мой взгляд, – научиться снова смотреть в будущее. Пока главным событием для тебя является ближайшее обследование или операция, ощущение времени сжимается. Конечно, принцип «проживать текущий день как последний» имеет свои плюсы, на деле же отсутствие ощущения перспективы отбивает вкус к жизни сейчас, в настоящую минуту. Да, я знаю, что у меня просто несколько выше, чем у других, шансы закончить свой век молодым. Я знаю, что и по прошествии первого года – этот период считается самым критичным в онкологии в смысле появления метастазов и рецидивов – может появиться что-то, что снова поставит мою жизнь с ног на голову. Я знаю, что были люди, перенесшие онкологические заболевания (и не раз!), после чего они прожили еще долгие десятилетия и умерли в глубокой старости вовсе не от онкологии.
Просто мне трудно смотреть вперед. Когда уверенно стоял на ногах, все время смотрел перед собой, в глаза встречных людей, в небо. Когда приходилось передвигаться в ортезе, на костылях, с палкой ли, я предпочитал смотреть в пол, только туда, куда нужно было идти – и потому, что мне неприятно было встречаться глазами с людьми, которые либо смотрели на меня с интересом, как на зверька, либо с жалостью, и потому еще, что я просто не мог, не умел в то время смотреть далеко вперед. Да и незачем было.
Очевидно, мне придется как-то снова научиться этому.
В этой главе – месяц. Осень восьмого закончилась. Надо было заново учиться жить и переставлять ноги.