Третьим старцем был иер. — сх. Амвросий, особенно прославивший монастырь «от избы бедняка до царских палат». О. Амвросий в мире был Александр Мих. Гренков; он родился 23 ноября 1812 г., происходил из духовного звания и учился в Тамбовской духовной семинарии, которую окончил студентом, и был некоторое время учителем духовного училища. В Оптину пустынь поступил в 1839 г., а постригся в монахи в 1842 г. По смерти старца Макария он принял под свое руководство обитель и скоро сделался известен повсеместно в России и даже на православном востоке. Умер он 10 октября 1891 г. в основанной им Шамординской женской обители на 80-м году жизни (в 18 в. от Оптиной пустыни), но похоронен в Оптиной. Теперь старцем О. Иосиф.
Издательская деятельность пустыни продолжалась и продолжается. Всего по 1897 г. Оптина пустынь издала 125 разных сочинений в количестве 220 тыс. экземпл[246].
Оптину пустынь посещали митрополиты, члены императорской фамилии (великий князь Константин Константинович и др.) и наши известнейшие писатели: Н. В. Гоголь, Киреевские, Аксаковы, А. К. Толстой, К. Н. Леонтьев, Вл. Соловьев. Был в ней и Ф. М. Достоевский, который под влиянием впечатлений от пустыни создал образ старца Зосимы. А Лев Н. Толстой своим уходом из дому обратил внимание на Оптинский монастырь всего мира. До этого эпизода Л. Н. Толстой, сестра которого М. Н. проживала в Шамординской общине (умерла в 1912 г.), посетил обитель три раза: первый раз с Н. Н. Страховым 22 июля 1877 г., второй — в 1884 г. и в третий раз — в 1890 г. Рассказ об этих посещениях был помещен в «Неделе», а оттуда взят в выдержках г. Е. В. в его «Историческом описании Козельской Оптиной пустыни» (Тр. — Лавр. 1902 г. стр. 126–130).
В монастырском архиве имеются несколько писем Гоголя, И. В. Киреевского и др., которые приводятся в книге того же г. Е. В. Киреевский же и погребен в Оптиной пустыни[247].
Прыски. Близ монастыря лежит село Прыски, где находится имение известного петрашевца Н. С. Кашкина[248], который долгое время живал в нем и сам. Богатый архив рода Ртищевых передан недавно из Прысков в Академию Наук[249].
Г. Жиздра стоит на ветке М. — К. — В. ж. д., расстоянием в 9 в. от ст. Зикеево. На извозчиков такса.
Городом Жиздра сделана по Высочайшему указу 1777 г. из экономического села. Герб этого города «представляет серебряный щит, разрезанный поперек на двое извивающеюся полосою, в которую сверху ниспадает таковая же; в полях помещены три связки дров, две сверху и одна снизу, перевязанныя золотыми веревками, в знак, что р. Жиздра, впадая в Оку, служит средством к сплавлению сею последнею великаго количества лесу». Церквей в описании наместничества показано две, одна из них каменная. Домов было 196, из которых 115 построены на каменном фундаменте, после учреждения города по апробованному Е. И. В. плану; лавок было только 4, жителей 1829.
Город лежит на обоих берегах р. Жиздры; расположенная на правой стороне слобода называется «старым городом». Река близ города образует пруд в 2 1/2 в. длиною и шириною от 10 до 120 с. Через реку в городе 3 деревянных моста. После опустошительного пожара в 1890 г. город выстроился правильно; улицы прямые. Главная из них, Киевская, идет от Соборной площади на север и делит город пополам. Площадь города 3 кв. в.; она распланирована на 35 улиц и 57 переулков. Некоторые улицы мощеные, и по ним устроены тротуары. Освещение керосинокалильное. Жилых строений 1190, из них 172 каменные. Жителей 13.253 (1905 г.), почти все великороссы.
В торговом отношении Жиздра занимает видное место в ряду других городов губернии. Будучи удалена от центров, она по необходимости является бойким торговым местным пунктом, снабжающим всеми предметами необходимости обширный уезд. Жиздра торгует пенькою, кожами, салом, льняным семенем, щетиной.
Фабрично-заводская промышленность развита слабо, ограничиваясь немногими мелкими заводами и ремесленными заведениями. По данным 1905 г., в городе были: 2 кирпичных завода, 1 мыловаренный, 1 лесопильня, 2 рогожных фабрики; рабочих всего 120 человек; сумма производства 8260 руб. В городе бывают 2 ярмарки с привозом на 86 тыс. руб. и продажей на 65 тыс. руб. Бюджет города с начала 70-х гг. за десятилетие поднялся с 13.700 руб. до 89 тыс. руб. благодаря Мальцевским заводам. В 1909 г. доходы города исчислялись в 76 тыс. руб., расходы в 79 тыс. руб., задолженность 167 тыс. руб.
246
Необходимо также упомянуть об уникальной библиотеке, насчитывавшей более 30 тыс. томов; в их числе были старопечатные книги и древние манускрипты.
247
В послеоктябрьский период Оптина пустынь разделила судьбу многих монастырей и церквей в России: к 1922 г. было ликвидировано более семисот монастырей. Но «светоч русской православной церкви» — Оптина Пустынь — уничтожалась постепенно: прежде всего государством были отобраны мельницы, потом конфискованы лесопильный и кирпичный заводы, затем принадлежащие монастырю и кормившие его сады, огороды, луга, рыбные ловли, весь скот и прекрасные пасеки; по распоряжению наркома просвещения Луначарского вывезена в Москву библиотека. Последняя служба (она была проведена о. Никоном в больничной кухне) состоялась 15 июня 1924 г. Сам отец Никон (Беляев) умер от туберкулеза в ссылке на Соловках в 1931 г. После всего это Оптина Пустынь, как писалось в «Атеистическом словаре», «прекратила существование». На территории ее размещались в разное время: детский дом, дом отдыха, СПТУ… Но ныне происходит возрождение многострадального монастыря: 17 ноября 1987 г. Оптина Пустынь юридически перешла во владение Патриархии.
248
О роде Кашкиных следует сказать особо, ибо он известен не только в связи с петрашевцем Николаем Сергеевичем. Ведя свое родословное древо с 1473 г., представители этого одного из древнейших дворянских родов верой и правдой служили государству. Дьяк приказа Большого Дворца Богдан Кашкин подписался под грамотой об избрании на царство Михаила Федоровича в 1613 г.; его сын Тихон был московским дворянином; вдова Тихона, Мария Павловна, была казначейшей обеих жен государя Алексея Михайловича — сначала Марии Ильиничны, а потом и Натальи Кирилловны; сын Василий был пожалован в стольники в 1676 г. (скончался в 1687 г. во время похода на Крым в полку князя В. В. Голицына); сыновья Василия — Егорий и Гавриил — также были стольниками, причем последний при жене Петра I, Е. Ф. Лопухиной. Сын Гавриилы, Петр Гавриилович Кашкин, один из «птенцов гнезда Петрова», выпускник Морской Академии (1720), участник нескольких морских сражений — закончил свой жизненный путь в 1764 г. кавалером ордена Анны I ст., будучи вице-адмиралом, начальником галерного флота, членом Адмиралтейств-Коллегии. Его старший сын, Аристарх (1723–1795) — генерал-поручик, кавалер ордена Анны I ст., тайный советник; третья из дочерей, Елизавета Петровна, была замужем за Я. И. Ганнибалом, двоюродным братом матери Пушкина. Младший сын Петра Гаврииловича, Евгений Петрович (1738–1796), во время Семилетней войны с Пруссией был флигель-адъютантом генерал-фельдмаршала С. Ф. Апраксина; по окончании войны, в 1762 г., получил чин полковника. Пользовался расположением императрицы Елизаветы Петровны. Закончив военную службу в чине генерал-майора лейб-гвардии, был губернатором Пермским и Тобольским, потом — Ярославским и Вологодским. С 1793 г. — губернатор Тульский и Калужский. Его младший сын Николай (1768–1827) — действительный статский советник и совестный судья московского Совестного суда. Младший сын, Дмитрий Евгеньевич (1771–1843) — соратник генералиссимуса Суворова, который отметил подвиги Д. Е. Кашкина при Урзерне и Чертовом мосте; за выдающуюся храбрость был награжден звездой Анны I ст.; был генерал-майором. Единственный сын Николая Евгеньевича, Сергей Николаевич, был близок с И. И. Пущиным, оба принадлежали к обществу «Семиугольная звезда». Проходил по следствию о деле 14 декабря 1825 г. Около года просидел в Петропавловской крепости. 20 июля 1827 г. поселился в Прысках. Его сын, Николай Сергеевич, упомянутый Д. И. Малининым, — известный петрашевец. Его единственным сыном был Николай Николаевич. Он родился 15 декабря 1869 г. в Калуге, а воспитывался в Прысках. Закончил императорский Александровский лицей, был вольнослушателем Рижского политехнического училища. В апреле 1899 г. командируется в чине коллежского советника в Калугу по делам губернской тюрьмы; в октябре этого же года избирается в почетные мировые судьи по Козельскому уезду (переизбран в 1902, 1905 и 1909 гг.). Принимал участие в устройстве всероссийской кустарной выставки. В 1903 г. поселяется в Прысках, где провел последние годы жизни, совмещая судебную деятельность со званием земского гласного, с занятием сельским хозяйством, садоводством и общественно-политической деятельностью. Но главной заслугой Николая Николаевича следует признать его неоценимый вклад в отечественную историю: занимаясь в часы досуга историко-генеалогическими исследованиями, он создает двухтомный труд «Родословные разведки», в котором с огромным знанием и блестящим талантом описал историю трех древнейших русских родов — Кашкиных, Бахметевых, Ртищевых (и некоторых других). Он умер в Лозанне в 1909 г., первоначально погребен в Женеве, а в 1910 г. был предан земле на прысковском фамильном кладбище. Был действительным статским советником, действительным членом Русского генеалогического общества; состоял членом-учредителем Историко-родословного общества в Москве. Был также действительным членом Калужской ученой архивной комиссии.