— Мы исполняли указ его величества об очищении земель от злокозненной магии! — возразил брат Рем.
— Вы исполняли мой указ, — поправила принцесса. — Последние пять лет все указы, декреты и законы проходили через мои руки. Я с себя вину не снимаю. Давно следовало проверить действия служащих храма. Но каким образом вы могли найти восемьсот сорок магов в провинции, где десять лет назад насчитывалось не более тридцати одаренных? По нескольку человек на город?
— Скверна расползлась, — объяснил брат Рем. — Она, как плесень, пятнает души…
— А мне кажется, расползлись аппетиты храма. Они расползлись настолько, что вы стали казнить детей, включая младенцев! В то время как всем известно, что ранее десятилетнего возраста говорить о наличии дара преждевременно.
— Это превентивные меры! В семье магов, вероятнее всего, родится маг!
— Из-под действия указа были выведены целители, зельевары и артефакторы, и иные, работающие на корону и имеющие лицензию. Вы гребли всех подряд по малейшему доносу и тащили людей в пыточные подвалы. Сколько магов сейчас в Мирто-Майне?
— Трое, — ответил градоправитель.
— Значит, я все же приехал не зря! Казни все-таки состоятся, я сам проведу дознание. Самое тщательное! — Заверил брат Рем.
— И какие маги живут в Мирто-Майне?
— Целитель, артефактор и маг земли, — угрюмо ответил градоправитель.
Принцесса подошла к экзекутору.
— Скажите, почтенный брат, почему в темнице монастыря сидели обычные люди, а маги попадали в тайные лаборатории?
— Какие лаборатории? Ничего не знаю об этом!
— Те, где силу магов пытались изъять, опустошив резерв, а тело несчастного подвергали модификациям, делая из обычных людей уродов.
Наверху кто-то ахнул и тут же зажал себе рот.
— Ваше величество, мне ничего не известно о подобных ужасных вещах. Думаю, необходимо назначение комиссии, чтоб разобраться со злоупотреблениями, если они имели место.
— Если? — Принцесса подняла бровь. — Трое магов из ста сорока трех человек, которых вы прибыли казнить, вы называете злоупотреблениями?
— Всегда есть место ошибке.
— Речь не об ошибке, а о преступлении. Совершаемом давно и безнаказанно против народа Манкои. Я подписала указ о прекращении деятельности святого отдела расследований искажения духа. Он уже отправлен в столицу. Отдельным эдиктом я потребовала начать расследование действий святого отдела во всех провинциях Манкои. Комиссия будет, почтенный брат, как вы и предлагали. Но не из чинов храма. Я не позволю вам замести мусор под ковер.
— Как?! Но маги…
— Нужны, важны и полезны. Если Пресветлый создал их, значит, они несут частицу его воли.
— Браво! Виват! — закричали с галерки. Остальные тут же зашикали, требуя тишины. Ее высочество не договорила.
— Вы не имеете права! Дело храма — создавать или закрывать свои подразделения! А так же судить об опасности магии, — брат Рем вытер пот.
— Финансирование храма из казны будет урезано на восемьдесят процентов. Соответствующий приказ уже отправлен тезаурарию[14]. Указ о преследовании одаренных, пятилетней давности, отменен. Письма совету и его величеству отправлены.
— Но мой предстоятель в Киртапалу…
— Казнен на месте, — сухо проинформирована принцесса. — Золотой ванны с инкрустациями из изумрудов и рубинов даже у его величества Тариэля нет.
Амфитеатр зашумел.
— А ищейки?
— Уполномоченный Пакси и его свора наказаны поркой кнутом и посажены на кол вдоль дороги из Порто-Цунеф в Киртапалу. Вы знаете, уважаемый брат, что идеальное посажение на кол предполагает погружение в тело через промежность, не повреждая основных органов, так, чтоб заостренный конец вышел через рот? Десять дней в жутких мучениях, а то и дольше.
Брат Рем закатил глаза и свалился со стула. Двоих гильдейцев вырвало прямо на стол собраний, еще трое, позеленев, выбежали из зала.
— Какие слабенькие они у вас, — хмыкнула принцесса и обернулась к градоправителю. — Вас, дорогой баронет, я благодарю от лица короны за вовремя оказанную помощь пострадавшим. Дайте квестору задание посчитать затраты и определить размер компенсации. Компенсация будет выдана всем, там три кареты с казной монастыря едут. Узникам Киртапалу все было выплачено на месте.
— Да здравствует принцесса! — грянул зал. — Виват! Браво!
14
Тезаурарий — государственный казначей, который руководил учётом материальных ценностей, поступавших в распоряжение короля. Квестор — финансовый уполномоченный.