— У Крокса прекрасный вкус, он сходит с тобой к портнихе, и проследит, чтоб ты была одета прилично!
Я кивнула. Да, придворных платьев у меня в гардеробе не водилось. Там строго регламентированный стиль одежды[19]. Бархатное верхнее платье со шлейфом, с разрезом, показывающим нижнюю белую, кремовую или бежевую нижнюю юбку из атласа. Откидные широкие и длинные рукава верхнего платья, и узкие рукава платья нижнего. В дневных платьях допустимы рукава-фонарики или прозрачные из газа. Обязательная вышивка золотом и серебром по подолу и рукавам. Цвет зависит от статуса дамы при дворе, никакого самовольства! Статс-даме и камер-фрейлине полагаются зеленые оттенки, фрейлинам ее величества рубиновый или фуксию, фрейлинам ее высочества сошьют темно-розовые и светло-малиновые платья.
Появись я в своем, король решит, что я его не уважаю. Нужны будут платья бальные, платья дневные, вечерние, ночные, прогулочные, обязательно амазонка… А-а-а!
— Ты должна быть прехорошенькая! Кокетливая и утонченная! — Строго напомнила Лилиан. — Деньги будут у Крокса, трать, сколько потребуется, не стесняйся. Встречают по одежке.
Я это знала, спорить было глупо. Обо мне же заботятся. Розовый мне к лицу, оттенит черные волосы и серо-голубые глаза. Обойдется такое платье кератов в двадцать пять-тридцать. Раз в десять дешевле, чем принцессе.
Меня научат, что сказать, как себя вести, как ходить, сидеть, стоять и кланяться. И встречу подстроят с мужем. Надо будет — и не одну, он же обязан посещать невесту, выгуливать и дарить подарки.
Ой! Сердце будто кипятком обожгло, у меня щеки зарделись. Скоро, совсем скоро я посмотрю в его серые грозовые глаза.
— Я так волнуюсь! — Даже испарина выступила.
— Ты справишься, — улыбнулась Лилиан, а Крокс уверенно кивнул.
Глава 27
Игры придворных дам
Ласково светило осеннее солнце, легкий ветерок освежал разгоряченный лоб. Я порадовалась, что не краснею, как иные дамы, некрасивыми пятнами.
Ее величество отдыхала в шелковом шатре и предложила дамам поиграть в волан. Она была азартной болельщицей, активно комментировала игру, хвалила удачные броски, горестно охала на пропущенные удары, смеялась, обращалась к фрейлинам.
Эбби, как никогда жестоко затянутая в тугой корсет, казалась особенно смуглой и худой в платье цвета незрелого яблока. После королевы она была здесь второй, и это ей активно не нравилось. Каждое поглаживание объемистого живота ее величества, каждую реплику она воспринимала, как оскорбление. Ее тонкие ноздри трепетали от злости и унижения.
Болтать, пить охлажденный сок, улыбаться и радоваться жизни? Принцесса просто кипела от негодования от бездумной траты бесценного времени. Лучше бы ей дали изучить законодательство Фалезии! Или налогообложение. При общем сходстве законов двух соседних стран, имелись и различия. Но при дворе Эрмериха к женщинам относились, как к редким экзотическим птичкам. Подсыпали корм, наполняли поилки, чистили вовремя клетки. И ни глотка свободы. Эбби бесилась.
Гордая госпожа Даваду щеголяла зеленым платьем старшей фрейлины. Талиана и Марисса, уже в розовых платьях, приветливо мне кивнули, когда я прошла в сад. Мне захотелось вытереть потные ладони об юбку светло-желтого платья. Гостья может придти на неофициальный прием в сад в чем угодно. Ну, почти. Могла нацепить хоть синее, хоть черное. Я ведь еще не зачислена в штат. Рекомендация принцессы — это еще не приказ.
— По приглашению ее высочества! — объявил молоденький герольд. — Баронесса Ди Мауро!
Все враз обернулись. Королева, принцесса, фрейлины, придворные дамы, гости. Лакеи, пажи, служанки, охрана. Ужасный момент! Новое платье было тесновато в плечах, серебряная вышивка покалывала грудь.
Пресветлый, зачем я сюда заявилась? Мне так хорошо отдыхалось в моей комнатке в мансарде!
Госпожа Фабри встретила меня, как любимую внучку. Никто никогда не интересовался моей жизнью так, как она. Ну, то есть, ее интересовало, конечно, посольство и принцесса. Она даже на улице была, встречая кареты с цветами, как тысячи горожан столицы. Но шторки на карете Эбби были плотно задернуты, и госпожа Фабри осталась в полном неведении о внешности принцессы.
Поэтому, расслабив и введя меня в экстаз мясным пирогом и запеченной рыбой, госпожа Фабри принялась потрошить. Право же, я ощутила себя, как та рыба! Столь легкомысленно мной съеденная! Живой не уйду, поняла я. За новости из первых рук госпожа Фабри меня расчленит, вместе с кухаркой и горничной.
19
Кому интересно, как одевались при российском дворе: «Описании дамских нарядов для приезда в торжественные дни к высочайшему двору», утвержденное в 1834 г. императором Николаем I. Строгий дресс-код действовал до 1917 года.