В летний день 1974 года, когда пятнадцатилетние Бела-мама, Офелия, Гамлет и примкнувшие к ним Ваче и Эмилия праздновали окончание школы, произошел дурацкий инцидент. Кто-то на улице крикнул в спину моей матери оскорбительный комментарий по поводу ее короткой юбки. Спокойный до этого Гамлет достал нож и бросился на обидчика. Тут же среагировал Ваче, метнувшийся наперерез. Он получил ножевой удар в мошонку, а Гамлет – шесть лет тюрьмы. Обидчиком был приехавший на каникулы из Еревана Геворг-хопарь. Он никак не пострадал, как и мой будущий отец, шатающийся в пьяном виде рядом по мостовой. На следующий день в суде Горгом-папа познакомится с Белой-мамой.
Часть 2
Семья отца
Глава 5
When the blood burns, how prodigal the soul / Lends the tongue vows[10]
По рассказам Геворга-хопара, за которым в дальнейшем закрепится кличка Гондон, у моего прапрадеда Гарегина были и родовое поместье, и голубая кровь. Он владел семью селами. Три из них – Шикагох («Выжженная земля»), Тцав («Вязь») и Сирашен («Горная долина»), остальные были опустошены во время геноцида 1913–1915 годов, а жил Геворг в огромном двухэтажном доме в Шикагохе.
В конце XIX века прапрадеда Гарегина смертельно ранили в локальной битве и его место должен был занять прадед Геворг. Но тому было девять лет, поэтому селами заправлял некто Карс, сын друга прапрадеда Гарегина. Долгое время Карс собирал дань, отчитывался перед турками, и прадеду Геворгу это не нравилось. Ситуация осложнялась тем, что прадед Геворг в подростковом возрасте влюбился в девушку своего друга Карса – звали ее Арекназан, и была она единственной дочерью священника. И вот однажды Карс пришел к прадеду Геворгу в растрепанных чувствах и рассказал, что Арекназан, которой тогда было шестнадцать лет, беременна. Друзья решили, что на следующий день вечером вместе сходят к родителям девушки просить руку их дочери, потому что днем нужно встретиться с турецкими подданными на границе по финансовым вопросам.
На следующий день они вдвоем, оставив войско в Шикагохе, отправились на лошадях к границе. По дороге Карс показал Геворгу кортик в виде креста, который ему в знак любви подарила Арекназан. На обратном пути Геворг убил Карса, а, примчавшись вечером в Шикагох, рассказал всем, что на них напали турки. Он перепровозгласил себя князем и мобилизовал войско, чтобы отвоевывать тело Карса. А еще он явился к Арекназан, чтобы попросить ее, если он вернется из похода живым, стать его женой. Геворг знал о беременности Арекназан, но виду не подал, а та решила, что сможет сделать вид, что забеременела от Геворга, поэтому согласилась.
Так в 1910 году родился Григорий (назвали его так в честь отца Арекназан), сын Карса. В детстве он увлекся Шекспиром, и, по рассказам дяди, ради него прадед Геворг организовал в Шикагохе что-то типа придворного театра, в котором малолетний Григорий, руководя слугами, ставил «Короля Лира» и «Гамлета». Однажды к ним в гости из Александрополя (который до этого назывался Гюмри, а после будет называться Ленинаканом) приехали друзья прадеда Геворга, некие Тер-Хачатряны – отец Джанибек и его сын Гурген, тоже творческий мальчик, любивший патриотические стихи. Он сдружился с Григорием, и в 1922 году они вместе поставили такого «Короля Лира», что впечатленный их работой прадед Геворг отправил мальчиков в Ереван, чтобы их взяли в знаменитый тогда театр имени Сундукяна. К сожалению, Григория руководитель театра Калантар забраковал из-за возраста, а вот в Гургене он увидел «шекспировского актера» и взял в труппу – с одним, правда, условием: поскольку княжеская приставка «Тер» не нужна в рабочем театре, тот должен поменять фамилию. Так Гурген сделал себе фамилию из отчества и стал Джанибекяном. Григорий, конечно, расстроился, что его не взяли, но на прощание Гурген ему пообещал работать в театре за двоих и поднять планку игры пьес Шекспира до невиданных высот[11].
11
Здесь нужно забежать вперед: в 1940-х годах Гурген стал руководителем ереванского театра. В его труппе оказался актер Грачья Нарсесян, который в 1944 году сыграл в одном из самых знаменитых армянских фильмов – «Давид-Бек». Уже после 1945 года Гурген организовал целое турне театра – вспомнив обещание, данное Григорию, – по всей Армении с шекспировскими постановками. Турне включало три постановки – «Гамлет», «Король Лир» и «Ромео и Джульетта» – и прошло с огромным успехом. После этих гастролей по всей Армении пошла традиция называть детей шекспировскими именами. Тут Геворг-хопарь настаивает: Шекспира в Армении ставил много кто, но вот обилию шекспировских имен в XX веке Армения обязана его дяде Григорию.