Теперь их скрывала тень холма, даже рассеянный свет маяка сюда не доходил, а освещал холм, жизненно важный, прикрывающий их холм по эту сторону форта. Джек спустил паруса и скомандовал: «Приготовиться к отдаче якоря». «Сюрприз» дрейфовал с приливом. Луч маяка снова осветил холм. Фрегат оказался именно там, где хотелось бы Джеку, и он довольно громко скомандовал: «Пошли!»
Якорь тихо опустился на глубину в восемнадцать саженей, они вытравили достаточное количество каната, обмениваясь лишь краткими словами и жестами. Когда якорь забрал грунт, они налегли на шпринг, пока борт не повернулся к перешейку. Там можно было различить несколько огней — самую южную часть города.
Джек посмотрел на часы в свете нактоуза и приказал: «Команда синего катера — вперед». Они уже полчаса как сгрудились у трапа правого борта под командованием канонира. После них, с других трапов, команда пинассы под начальством Дэвиджа, гичка (Вест), тузик (Битти, плотник) и, наконец, команда его собственного катера. Когда мимо прошел Бонден, Джек взял его за руку и тихо приказал: «Очень внимательно присматривай за доктором, когда пойдем на абордаж». Потом он спустился в каюту, где Стивен играл с Мартином в шахматы при мерцании свечи, с саблей на столе.
— Ты идешь? — спросил Джек. — Мы уже готовы.
Стивен с улыбкой встал, нацепил на плечо перевязь сабли. Мартин с выражением глубокой обеспокоенности на лице затянул ее позади. Джек провел Стивена на квартердек, на корму, к кормовым поручням, где Пуллингс и Мартин пожелали им удачи, а потом и по кормовому трапу. Шлюпки уже выстроились в длинную, сцепленную линию, которую должен был вести капитанский катер. Когда Джек спустился в шлюпку, последним из абордажной команды, Бонден отчалил, и Джек пробормотал: «Весла на воду!»
Поначалу пришлось грести против течения и ветра, но первые сорок пять минут рвение матросов делало эти сложности незаметными. К этому времени они прошли оконечность мыса Боухед, оставив позади буруны. Гребли усердно, ровно, ни единого скрипа уключины, ни звука, кроме сдавленного кашля. От мыса Джек бросил взгляд на море — эскадры не видно. Баббингтон должен тихо приближаться.
Вдоль мыса и на ост им помогал прилив. Джек проверил скорость — шли слишком безудержно, и передал вдоль по линии шлюпок приказ сменить гребцов.
Через двадцать минут показалась дальняя сторона порта, окутанная хорошо различимым светом. Он становился все ярче, и теперь можно было разглядеть не только северную, хорошо освещенную внутреннюю часть бухты, но и, что гораздо важнее, волнолом. Они мягко гребли, подходя ближе и ближе. Из-за волнолома показался дрожащий огонек и быстро приближался. Может, это всего лишь рыбацкая лодка выходит на ночной лов? Джек открыл заслонку потайного фонаря.
— Ohe, du bateau, — окликнули их из лодки.
— Ohe, — ответил Стивен с рукой Джека на плече. — La Diane, ou ce qu'elle se trouve a present?
— Au quai toujours, nom de Dieu. T'es Guillaume?
— Non. Etienne.
— Ben. Je m'en vais. Qu'est-ce que tu as Id?
— Des galeriens.
— Ah, les bougres. Bon. Au plaisir, eh?
— Au plaisir, etje te souhaite merde, eh?[34].
Они продолжили грести, хотя и не так ровно. Теперь волнолом, с огнями в амбразурах бастиона на сухопутном конце, стал виден полностью. В бастионе явно веселились — слышались пение, смех, музыка. Джек забрал у Бондена румпель, чтобы почувствовать течение — вода как раз пришла в движение — и проложил курс так, чтобы пройти как можно дальше от волнолома с учетом отмели рядом с другим берегом.
Никто не окликнул катер. Никто не окликнул следующую шлюпку, и третью тоже — ни одну вообще. Они прошли в порт, возможно, — в ловушку. Сквозь хохот из бастиона Джек отчетливо скомандовал Бондену: «Приготовь синюю ракету».
Он сам поднялся и в разливавшемся свечении смог кое-что разглядеть на причале — пришвартованные корабли. Почти ясно виднелись бриг, еще какое-то судно, «Диана» и два «купца». Подошли еще ближе, едва касаясь веслами воды, и стало видно, что перед «Дианой» пришвартованы в ряд две канонерских лодки.
— Отлично, — скомандовал Джек. — «Тартарус», «Дельфин», «Кэмел», «Валчер» — сушить весла. Бонден, синюю ракету.
Бонден приложил тлеющий трут к фитилю, и ракета начала взбираться в небо сначала нерешительно, но потом уверенно. Все выше, выше, выше и взорвалась огромной синей звездой, дрейфующей по ветру вместе с белым дымом. Через секунду после вспышки южное небо озарилось ответным залпом «Сюрприза».
34
— Эй, в лодке.
— Эй. Где сейчас «Диана»?
— Как всегда у причала, Господи. Это ты, Гийом?
— Нет, это Этьен.
— Ага. А я вот выхожу в море. У тебя там что?
— Каторжники.
— А, эти педерасты. Наслаждаешься?
— Наслаждаюсь. И тебе желаю такого же дерьма. (фр.)