— Милая, сейчас мы немножко повоюем. Увы, но до места назначения всем «Волкодавам» дойти вряд ли удастся. Будет жарковато. Выбирай — боевой коктейль или состав номер одиннадцать.
— Сколько у меня времени? — деловито поинтересовалась девушка.
— Пять минут, не больше, — не глядя на бортовые часы, ответил он.
— Вполне успею, — счастливо улыбнулась капитан Мартинес. Хлопнув по замку привязных ремней, всплыла над ложементом — в корабле пока ещё была невесомость — подтянулась к Павлу и, одним движением стянув с его головы не застёгнутый ещё шлем, поцеловала.
Уже заново затягивая ремни, сказала:
— Я люблю тебя, Пашенька, — и тут же добавила, как само собой разумеющееся: — А коктейль, конечно же, номер два. Для первого я недостаточно тренирована — могу не выдержать при слишком большой нагрузке. Второй же для меня — в самый раз. И обращаться с зенитными турелями меня все‑таки довольно долго и тщательно учили. Надеюсь хоть немного, но смогу помочь тебе.
«Слишком многословна» — отметил Павел, натягивая шлем и герметизируя комбинезон. До него вдруг дошло, что все она прекрасно понимала с самого начала. Не хотела отвлекать его, потому и молчала, делая вид, что все в порядке. Затонов поразился — и представить не мог в весьма опасной ситуации такого самообладания у хрупкой с виду девушки.
— Пятнадцать минут до контакта, — опять прозвучал голос Зальцберга. — Генераторы к бою! Переход на ручное по готовности. И про стимуляторы господа не забывайте, — и тут же поправился, вероятно по телеметрии определив количество участников приближающегося сабантуя: — Уважаемая дама и господа.
- Si, la mia generazione [11] - не преминула подпустить ответную шпильку капитан Мартинес.
В динамиках послышался одобрительный смех пилотов.
— Молодец, девочка! Так держать! — добавил майор.
В другое время Павел, без всякого сомнения, набил бы морду этому высокородному британцу — осмелился так фамильярно и свысока назвать его невесту. Но только не в этот момент — Джеймс со всеми своими недостатками сейчас готовился умирать за Сюзанну. Никто ведь, когда Джастин предложил свои варианты, даже не заикнулся против. Без какого‑либо обсуждения парни приняли дорогу в один конец.
Переключив управление на ручной режим, взглядом спросил девушку о готовности. Уловил опускание ресниц и нажал клавишу включения дозатора. Сюзанна чуть поморщилась — не очень‑то приятное ощущение от входящей прямо в сонную артерию иглы — но тут же улыбнулась ему.
Затем запустил свой инъектор и начал сосредотачиваться.
— Блокирующий, — предупредил Зальцберг через пару минут.
Кратковременная тошнота привычно подступила и исчезла — Джастин разрядил генераторы своей пушки в направлении противника. Теперь генаи тоже вынуждены управлять своими машинами только в ручном режиме. Смотреть на реакцию девушки подполковник Затонов не стал — стимуляторы уже работали, справится. А отвлекать внимание от приближающихся кораблей противника — полсотни генаев, остальные упрямо висели у входа в фарватер — было уже нельзя.
Клюнуло пока только двадцать процентов? Ничего, всех скоро раскрутим!
— Начали! Скольжение вправо вниз пятьдесят! Разобрать цели по указаниям моего командного канала. Работаем парни!
Сходу на полтинник тянем? Круто начинаем! Но «Волкодаву» с его отличной манёвренностью вполне по плечу. Затонов, уже беря на прицел «своего» геная, почувствовал какую‑то до боли знакомую аналогию.
«В бой идут одни старики» — всплыло в подсознании название старого–старого ещё двумерного фильма.
Гашетка, расцветающая защитными полями цель, и яркая вспышка, на доли секунды ослепившая радио–оптические сенсоры — машина врага не выдержала сосредоточенного удара пушек сразу двух «Волкодавов» и превратилась в разбухающий неровный комок плазмы. Буквально рядом тут же взорвался ещё один чужой истребитель — вторая пара землян тоже сумела безошибочно взять прицел.
Кто в каждый конкретный момент с кем работает, Павел не знал — сейчас он ведомый и обязан беспрекословно выполнять команды ведущего. Со всех своих сил Затонов раз за разом крутил в указанном направлении машину, одновременно целясь и тут же разряжая генераторы главного калибра. Семь, восемь… одиннадцать плазменных шаров уже украшало прорыв землян к аномалии.
— Хорошо горит! — выкрикнула в запале Сюзанна. Она, спарив обе зенитные турели на недобитом генае, все‑таки сумела прикончить ещё один вражеский истребитель. Отражать торпедные атаки противника ей пока не требовалось — идущий замыкающим майор Бродбент успевал парировать редкие попытки генаев воспользоваться тяжёлым оружием — понимали ведь, что пока щиты землян на максимуме, торпеды до цели под зенитным огнём не дойдут.