— Не хватает одного ребенка… — услышал я рядом голос Эммы.
— Верно… — подтвердила Джейн.
— Все ясно, — не терпящим возражений тоном заявил Клейтон. — Не будем впадать в панику. Воспользуемся ситуацией. Да, именно так и поступим. И долой испуганные выражения на лицах, не то очаровательные марсианские детишки что-то заподозрят. Не хочу видеть на ваших лицах Ничего, кроме спокойной улыбки.
Последнюю фразу он произнес хриплым шепотом, прозвучавшим как угроза. Затем прочистил горло, словно оперный тенор перед выходом на сцену, и беззаботной походкой направился к детям. К марсианским детям, следовало бы добавить.
— Послушай…. э-э… Керли, — позвал он, присев на корточки. — Вы что же, здесь живете?
Керли повернул к нему кудрявую головку.
— Нет, конечно. Что вы! — возмутился он. — Мы живем наверху. Но сегодня мы не могли играть на поверхности, потому что Он сказал нам, что это опасно, вот мы и спустились сюда.
— Понятно, понятно, чтобы спокойно играть и не бояться, что может произойти что-то плохое, — успокаивающе произнес Клейтон и хитро улыбнулся нам, прежде чем продолжить разговор. — А кто такой Он, Керли? Тот, кто вам это сказал?
— Это Посланник, сэр. Тот, кого мы ждали… Тот, кого ждали также и они, — сказал мальчик, указав на могилы.
— О, понимаю… И долго вы его ждали?
— Да, сэр, долго… Мы уже начали думать, что он не придет.
— Понимаю… — Клейтон облизал губы и обменялся многозначительным взглядом с Уэллсом, словно оба они владели какими-то тайными сведениями. — А Он что, тоже… находится внизу?
— Да, — не задумываясь ответил Керли.
Клейтон проглотил слюну.
— Прекрасно, прекрасно, — заулыбался он. — И вы можете отвести нас к Нему?
— Зачем? — Керли недоверчиво взглянул на агента. — Вы хотите убить Его за то, что он с вами делает?
— Убить? Ну конечно же нет, Керли, — ответил агент и невольно замахал здоровой рукой. — Как тебе только такое в голову пришло?
— Тогда зачем?
— Чтобы поговорить с Ним, Керли. — Агент пожал плечами, показывая, что не придает этому большого значения. — Только для этого.
— Чтобы поговорить о чем?
— Ну… в общем, о взрослых вещах… — заколебался Клейтон. — Вам они в любом случае неинтересны.
— Вы думаете, мы ничего не поймем? — спросил Керли тоном, в котором угадывалась легкая угроза, показавшаяся мне особенно неприятной в сочетании с нежным детским голоском.
— Я этого не сказал, Керли…
— Потому что я думаю, мы прекрасно все поймем…
— Одного ребенка не хватает… — вновь услышал я тихий испуганный голос Эммы за моей спиной.
Я вгляделся в маленькую группку, застывшую на месте и дожидавшуюся окончания разговора между Керли и агентом Клейтоном. В ее сосредоточенности было что-то такое зловещее, такое бесчеловечное, что поневоле становилось жутко.
— Понятно, понятно… — успокаивал Клейтон Керли. — Я уверен, что так оно и есть, однако…
— Мы умнее, чем вы думаете… — негромко твердил мальчик, устремив взгляд своих темных, до ужаса пустых глаз на агента, который вдруг зашатался, едва не потеряв равновесие, — и разбираемся в вещах, которые вы никогда бы не смогли постичь…
— Ради всего святого! Хватит! — вскричал Мюррей. Он сунул руку мне в карман, выхватил оттуда пистолет и, прежде чем я успел среагировать, в два прыжка оказался перед Керли и приставил ему оружие ко лбу. — Слушай меня хорошенько, сопляк: я не знаю, что ты там понимаешь и вообще что ты за птица, но, честно говоря, это меня абсолютно не интересует. Единственное, что я сейчас хочу узнать, это кто несет ответственность за проклятое вторжение и как нам до него добраться. И вы, дорогие детки, поможете нам его найти… Иначе можешь не сомневаться: я выстрелю. Если я что-то и ненавижу больше, чем марсиан, так это детей.
Откуда-то из глубины комнаты послышался смех. Потом чей-то голос произнес:
— Вы способны разрушить самое святое — невинность ребенка? Разве не сказано в вашем Священном Писании: «Пустите детей и не препятствуйте им приходить ко мне, ибо таковых есть Царство Небесное»[10]?