– Сегодня он, посовещавшись со своим адвокатом, обнародует пресс-релиз, который будет опубликован в Сети, в газетах, на радио и телевидении. Я хочу, чтобы вы услышали его содержание от меня, чтобы не было никаких недоразумений.
– Пресс-релиз о чем?
– О том, что он сделал и чего не делал. Он хочет отвести от себя подозрения в том, что стал причиной гибели вашей дочери. По-моему, журналисты связались с ним вчера – по крайней мере, один из них говорил, что завтра опубликует в новостях его имя и фото. Мы поговорили с Гардаром, насколько это было возможно, а вчера, в связи с расследованием, посетили места жительства двоих его друзей, людей по имени Бьёртн Аксельссон и Атли Фрейр Эйнарссон. Вам знакомы эти имена?
Ката ответила отрицательно; она не понимала, к чему клонит собеседник.
– А они должны быть знакомы?
– Они иногда упоминались в новостях. Год назад, когда Гардар все еще употреблял, он общался с этими двоими и много лет сотрудничал с ними по делам распространения наркотических веществ, рэкета и так далее. Все они отбывали за это срок.
– Боюсь, что я не понимаю.
– Гардар подтверждает, что совершил тот телефонный звонок, который привел нас к Болотам. А также что он сидел в машине вот здесь, перед вашим домом, – однако вовсе не с целью отдохнуть после прогулки по берегу. Сейчас он утверждает, что был на Болотах через несколько недель после исчезновения вашей дочери. Но не для того, чтобы наблюдать за птицами, а чтобы купить марихуану, которую один его знакомый вырастил там у себя на даче… Мы так и знали. При осмотре местности в дачном домике обнаружены следы выращивания растений; почва там рыхлая, и кому-то пришло в голову вырыть у дома яму и опустить в нее контейнер; все растения и приборы оттуда уже убрали, но запах все равно ощущался. Эта дача находится всего в каком-то километре от утеса, где была обнаружена ваша дочь. Так вот, Гардар сказал, что отправился туда с целью покупки веществ – для личного пользования, – пошел прогуляться по берегу, случайно заглянул в ложбину и увидел там вашу дочь. Чтобы не выдавать, что в этом месте выращивают коноплю, он решил ничего не говорить, тем более, что сам он, по причине употребления, был далеко не в лучшем состоянии… Как я уже говорил вам по телефону, Гардар пропал из города примерно два месяца спустя после исчезновения вашей дочери. Мы установили, что он записался на курс лечения к наркологу, куда несколько месяцев до того ждал своей очереди. Он сказал, что в этот период видел новости о вашей дочери в Интернете – и догадался, в чем дело. В беседе с нами Гардар признался, что в это время до конца не верил самому себе, боялся, что его собьют с толку мания преследования и бредовые идеи, поэтому не стал сразу сообщать полиции о своей находке. Но после того как разведение конопли на Болотах прекратилось, он наконец решился позвонить нам, хотя ему и не хотелось быть замешанным в это дело. Поэтому его звонок и был анонимным. Вы знаете про общество анонимных алкоголиков?
Ката кивнула.
– Закончив курс лечения, Гардар устроился на работу в автосалон и стал посещать собрания общества анонимных наркоманов – у них такая же программа, как и у анонимных алкоголиков, только для наркозависимых. В связи с Гардаром еще достойно внимания то, как добросовестно он следовал тамошней программе «шагов». Меньше чем за три месяца дошел до девятого шага: разыскать людей, с которыми плохо обошелся, пока употреблял наркотики, и попросить у них прощения… Вот что происходило в его жизни, когда он сидел в машине перед вашим с Тоумасом домом – а потом совершил тот звонок нам. Весьма вероятно, что он хотел облегчить совесть… А пока Гардар сидел в машине и следил за домом, он представлял себе, как сложно жить в неизвестности – как вы жили целый год. У него самого дочь, он выходит из длительной наркозависимости, и нервы у него не в самом лучшем состоянии. Поймите правильно. Он может ошибаться.
– Я в это не верю, – ответила Ката, но сама не была уверена в том, что говорит. Она отважилась поднять глаза – и увидела, что Хильмар улыбается так же широко, как прежде. Это дезориентировало ее. Она опустила взгляд. Сигрун, внезапно появившаяся рядом с ее лицом, спросила, не хочет ли она сделать перерыв, но Ката отказалась.
– Почему вы сказали «ошибаться»? Разве то, что он позвонил вам, могло быть ошибкой?
– Потому что история, которую он рассказывает, не вполне правдоподобна. Может, из всех доступных ему версий это еще самая нормальная, – но кое-что свидетельствует против нее. А сейчас мы подошли к трудному месту… Новость появится в СМИ сегодня вечером и завтра: полиция огородила участок на холме Эскьюхлид в связи с расследованием смерти вашей дочери. Служба начальника полиции объяснит, чем мы там занимались и как в данное дело вписываются Гардар и его друзья, Атли и Бьёртн. На Эскьюхлид нас привели результаты исследования образцов, взятых с тела Валы. Анализ частиц почвы – а это оказались листва и мох – показал, что они происходят из другой среды, нежели на Болотах; большой процент углекислого газа и микрочастиц вновь привели нас в черту города, и первым делом мы обследовали такие места, как Эскьюхлид, Хейдмёрк и озеро Этлидаватн[9]. Начали с Эскьюхлид. Тот вид мха, который мы искали, растет не по всему холму, и это сужает сферу поиска; к тому же мы держались тех мест, к которым можно подъехать на машине… Ключик нашли на полянке на южной стороне холма – недалеко от парковки Рейкьявикского университета. Мы всё еще проводим розыски в этом месте, но я не думаю, что найдем что-нибудь еще.
9
Эскьюхлид – большой поросший лесом холм недалеко от центра Рейкьявика, место прогулок столичных жителей; до недавнего времени лес на холме слыл пристанищем наркоманов и других деклассированных элементов. Хейдмёрк – большой лесной массив (лесопосадки) вблизи Рейкьявика; Этлидаватн – озеро на его окраине, окруженное небольшим ельником.