– Вы хотите сказать мне, что Вала погибла там – на поляне на Эскьюхлид?
– Да, пока что мы исходим из этого.
– А почему она тогда оказалась на Болотах?
– Мы рассматриваем этот факт… У нас есть свидетель, видевший всех троих – Гардара, Атли и Бьёртна – на бензозаправке возле Эскьюхлид примерно в три часа ночи, то есть либо в ночь исчезновения Валы, либо в следующую. К сожалению, свидетель не может уточнить, какая именно ночь это была, поскольку с тех пор прошло много времени, а видеозаписи с камеры на бензозаправке уже стерли. А что до Болот, то у нас есть двое свидетелей из порта, которые видели, как лодка Бьёртна – такая большая, скоростная – отчаливала оттуда поздно ночью. Как и свидетель с бензозаправки, они не могут сказать, точно ли это было в ту же самую ночь, когда пропала ваша дочь, – но уверены, что, по крайней мере, на той же неделе. Свидетели не могут опознать тех людей, но, по их словам, двое находились в задней части лодки, а один – в рубке. Мы исходим из того, что это были Гардар, Атли и Бьёртн. Никто из них не отрицает, что выходил на этой лодке в море в ту ночь, но они утверждают, что помнят это плохо, так как с тех пор прошел целый год; все трое тогда употребляли наркотики и несколько месяцев подряд развлекались по ночам катанием на лодке. Саму лодку Бьёртну отдали в качестве уплаты долга, а потом он ее продал. К тому же нам известно, что за несколько месяцев до исчезновения Валы все трое находились на даче у знакомых на Болотах, на вечеринке, которая проводилась, в частности, и на берегу моря недалеко от места, где мы обнаружили Валу… Вот такую версию мы сейчас разрабатываем. Но прошу вас иметь в виду, что мы сами пока еще не знаем, соответствует ли все это действительности, – и уж тем более, можно ли это доказать.
– А изнасилование тоже произошло там? На Эскьюхлид?
– Если оно вообще было.
– А если не оно – что же это могло быть? Вы же говорили про эти вещества? Как бы иначе она погибла? Или вы до сих пор думаете, что она сама?.. И весь этот год, пока вы ничего не делали…
– Ката, мы с вами – одна команда, не сомневайтесь, – сказала Сигрун, коснувшись ее плеча. Хильмар сказал, что на этом этапе, пока у них на руках еще ничего нет, им надо осторожнее выбирать выражения.
– Я надеюсь, ситуация изменится. Но могу рассказать вам, почему мы разрабатываем версию именно о таком ходе событий и на чем она основана. А расскажу я вам это лишь по той причине, что иначе ничего невозможно объяснить.
Ката кивнула и потянулась за сигаретой.
Хильмар продолжил:
– Два года назад к прокурору поступило заявление об изнасиловании. Девушка, подавшая заявление, рассказала, что она отправилась с подругами в город поразвлечься; помнит, как заказала пиво в баре, села и отпила глоток. А в следующий миг она уже стояла на парковке возле отеля «Лофтлейдир»[10], и тогда уже рассветало. Девушка была в одежде, но без бюстгальтера; наличествовали признаки того, что минувшей ночью она имела сексуальный контакт, но не помнила, с кем; все тело у нее болело, а колени и спина были зелеными от травы. Она позвонила подруге, и они вместе пошли в отделение «Скорой помощи жертвам сексуального насилия»; взятый там анализ крови показал, что ей подсунули «масляную кислоту», а образцов тканей – частиц кожного покрова и другого – обнаружено не было. Охранник в баре ничего подозрительного не заметил, свидетели не объявились. Ничегошеньки. А это значит, что у прокурора не имелось достаточно материалов для иска, и в возбуждении дела было отказано. Но по инициативе самой девушки эта история получила огласку в СМИ, и в итоге еще несколько девушек заявили о себе в центре помощи жертвам насилия «Перекресток» и в отделении «Скорой помощи». В течение одного года четыре из них очнулись вблизи от Эскьюхлид, и все подозревали, что с ними произошло что-то нехорошее, но в полицию не заявляли, потому что собрать улики было бы трудно. Две из этих четырех девушек были несовершеннолетними, а две другие выглядели как несовершеннолетние. У двух волосы были светлые, и все выделялись худощавым телосложением.