Мстислав был увлеченным строителем. Во время схватки с Редедей он дал обет в случае победы построить в Тмутаракани церковь, посвященную Богоматери, и сдержал свое обещание. Когда он перенес столицу в Чернигов, то заложил величественный храм в честь Христа Спасителя. Летописец отмечает, что к моменту смерти Мстислава церковь была «выше, чем всадник, сидя на лошади, мог достать рукой».136 Знаменательно, что по своему архитектурному стилю церкви Мстислава следовали канону восточно-византийского искусства (Закавказья и Анатолии). В этом случае, как и во многих других, художественные влияния распространялись по путям торговых связей.
Можно предположить, что существовала миграция населения между Тмутараканью и северными областями. Мстислав привел в Чернигов большой отряд косожских воинов. Некоторые из них, возможно, осели в той части земли северян, которая позднее стала известна как Переяславльская. Хотя об этом не упоминается в летописях, само название реки в этой области, Псол, является тому косвенным подтверждением, поскольку оно косожского происхождения: на языке черкесов псол означает «вода». Река Псол впадает в Днепр с востока. Недалеко от этого места, на западном берегу Днепра, находится город с названием Черкассы, что по-древнерусски значит «черкесы». Это название не встречается, однако, в источниках киевского периода и впервые упоминается в XVI веке. В то время не только косогов по-русски называли черкесами, но также и украинских козаков; это говорит о том, что, в сознании русских Московского периода, существовала определенная связь между косогами и козаками. И действительно, украинские ученые XVII века считали, что слово «козак» произошло от слова «косог». С другой точки зрения, козак (теперь обычно по-русски пишется «казак») произошло от тюркского «казак», что означает «свободный житель пограничной земли». Одним словом, вопрос непростой, и мы не можем здесь уделить ему необходимого внимания.137 Достаточно лишь сказать, что косоги Мстислава, возможно, поселились там, где через пять веков появились запорожские казаки как сильная военная община.
Возвращаясь теперь к политике Ярослава как правителя Новгорода, мы, прежде всего, должны упомянуть привилегии, дарованные им северной столице по законам 1016 и 1019 гг., дабы вознаградить новгородцев за поддержку в гражданской войне. К сожалению, не сохранились ни оригиналы, ни копии этих законов. В некоторых списках новгородских летописей их тексты заменены на текст «Русской Правды». Несомненно, что само составление так называемой «Правды» Ярослава как-то связано с выходом этих законов. Во вступительной статье к «Правде» провозглашается равенство виры138 новгородцев и киевлян. По-видимому, это являлось важным пунктом новгородских требований.
Поход Ярослава на чудь в Эстонии тоже, очевидно, был продиктован интересами новгородцев. Этот поход представлял собой попытку распространить в западном направлении контроль новгородцев над южными берегами Финского залива и прилегающими территориями. На завоеванной территории в 1030 г. Ярослав основал город, названный Юрьевым в честь его святого покровителя (Юрий — старая русская форма имени Георгий). После германского завоевания балтийских провинций в XIII веке город стал называться Дерпт (теперь Тарту).
3. Время Ярослава Мудрого (1036-1054 гг.)
В 1036 г. Мстислав отправился на охоту, но там разболелся и умер. Его единственный сын умер тремя годами раньше. Ярослав стал неоспоримым властителем всей Руси, исключая полоцкие земли. Теперь как правитель Тмутаракани он мог претендовать на титул кагана. О том, что Ярослав действительно принял этот титул свидетельствует обращение к нему как к кагану в «Слове» Илариона.
Первым деянием Ярослава после смерти брата было отражение нападения печенегов на Киев. Когда он прибыл из Новгорода с армией варягов и славян, кочевники уже захватили предместья города. Однако воины Ярослава выбили их, и победоносный князь решил остаться в Киеве, сделав его своей столицей.
Именно в это время нормализовались отношения между Русской Церковью и Константинопольским патриархатом. В соответствии с соглашением, достигнутым между Ярославом и Константинополем, Русская Церковь должна была возглавляться митрополитом Киевским, посвящаемым в сан патриархом Константинопольским. В других русских городах епископы должны были посвящаться в сан митрополитом, но это номинально: понималось, что при выборе кандидатов будут учитываться пожелания князя. Не позднее чем в 1039 г. первый митрополит Киевский, Феофан, прибыл на Русь из Константинополя.
Сделав Киев политической и духовной столицей, Ярослав делал все, чтобы превратить этот город также в культурный и интеллектуальный центр, приняв за образец Константинополь. Византийскими мастерами были построены великолепный Софийский собор, несколько других церквей, новая крепость и так называемые Золотые Ворота. Много внимания уделялось распространению просвещения. По свидетельству летописца Ярослав «посвящал себя книгам и читал их часто, ночью и днем. Он созвал много писцов, они переводили книги с греческого на славянский. По его повелению много книг было переписано, и много он купил их, через них истинно верующие наставляются и радуются, принимая книжное учение». Ярослав, как мы сказали, любил книги и, имея много, поместил их в Софийском соборе.139 Грандиозный план переводов и Софийская библиотека, вместе, привели к становлению в Киеве важного центра образования и науки. Без всякого преувеличения, вслед за Грушевским, этот центр (училище) можно назвать первой русской учебной академией.140
136. Cross, p. 225.
137. Cм. W. E. D. Allen, «The Ukraine», pp. 68-70.
138. Вира — денежная пеня за убийство человека
139. Cross, p. 226.
140. М. Грушевский «Три академии», kиiвскi збiрники, I (Киев, 1931 [1930 на титульном листе], 1-14). Три академии, о которых идет речь — училище Ярослава, Киевская Духовная Академия (основанная в семнадцатом веке) и Украинская Академия Наук (основана в 1918 году).