Тяжелая обстановка сложилась и в полосе обороны 40-й танковой дивизии, которая отходила к Ровно, непрерывно преследуемая 13-й танковой и 299-й пехотной дивизиями немцев.
На отходе подвижные подразделения противника обошли 79-й танковый полк, преградив ему дорогу в направлении Ровно. Попытки полка прорвать кольцо окружения не удались, бой уже длился около 2 часов, а положительных результатов не было достигнуто. Оценив обстановку, полковник Живлюков вывел свою часть из боя в лесной массив. Было принято решение утром 28 июня нанести удар в северном направлении и выйти на соединение с 40-й танковой дивизией.
Прорыв удался, немцы ожидали атаку в восточном направлении, где и сконцентрировали свои основные силы. Сбив небольшие заслоны противника, полк в 6 часов утра прорвался в направлении Клевани, где присоединился к 40-й танковой дивизии, ведущей бои под Малыми Ясеничами и Грушевицей. При прорыве из окружения 79-й танковый полк потерял два танка Т-26, бронемашину, техлетучку и 7 человек убитыми[375].
К исходу дня 19-й механизированный корпус, потерявший 41 боевую машину, вел сдерживающие бои на подступах к Ровно с 13-й танковой и 299-й пехотной дивизиями вермахта, обошедшими его правый фланг.
Под сильным натиском противника отходили на восток и понесшие большие потери в боях за Дубно соединения 9-го механизированного корпуса. К исходу дня давление противника, наступающего против 35-й танковой дивизии с рубежа Кнерут, Пелжа, Носовиче и против 20-й танковой дивизии с рубежа Долготные, Речице, ослабло. Но авиация противника продолжала наносить бомбовые удары по отходящим колоннам корпуса до полного наступления темноты. К исходу дня части корпуса закрепились на рубеже станция Олыка, Клевань, отражая атаки 14-й танковой и 25-й моторизованной дивизий противника, стремившихся прорваться по шоссе Луцк — Ровно.
Отходили с боями и части 228-й стрелковой дивизии. Попытки ее командования оторваться от противника и организовать оборону не удавались. Моторизованные подразделения 44-й пехотной дивизии обходили с флангов наших воинов, заставляя их принимать бой в невыгодных для себя условиях. Уже в 16 часов противник занял местечко Хомут.
В штабе Юго-Западного фронта, в связи с прорывом частей противника на ровенском и дубненском направлениях, наблюдалась большая растерянность. В войска, ведущие боевые действия, поступает обилие противоречивых приказов и распоряжений, не увязанных друг с другом, не позволяющих выполнить один приказ, как вслед поступает другой, уже в корне меняющий предыдущий. Это и происходило с частями и соединениями 8-го и 15-го механизированных корпусов.
Выполняя приказ командования фронта, соединения 8-го механизированного корпуса начали отходить за полосу обороны 37-го стрелкового корпуса. В 6.00 бригадный комиссар Михайлов доставил новый приказ о переходе корпуса в наступление в направлении Броды, местечко Верба, Дубно[376].
В соответствии с полученным распоряжением генерал-лейтенант Д. И. Рябышев в 7.00 отдал войскам следующий боевой приказ: «34-й танковой дивизии ударом в направлении Козин, местечко Верба, Дубно к исходу 27.6.41 г. выйти в район Дубно, Загорце-Мале, Семидубы.
12-й танковой дивизии ударом в направлении Ситно, Козин, местечко Верба к исходу 27.6.41 г. выйти в район Подлуже, м. Верба, Судобиче.
7-й мотострелковой дивизии движением в направлении Броды, Червоноармейск, м. Верба к исходу 27.6.41 г. сосредоточиться в районе (иск.) м. Верба, Рудня, Берег, обеспечивая действия корпуса с северо-запада и юго-запада.
Начало наступления в 9.00 27.6.41 г.»[377].
Но к этому времени корпус находился в непонятном положении — то ли наступал, то ли отступал, то ли оборонялся. Положение усугубило и то обстоятельство, что у штаба мехкорпуса не было связи ни с одной из своих дивизий[378]. Что происходило в его частях?
12-я танковая дивизия, своевременно получив приказ на отход, находилась на марше, следуя от Брод на Подкамень и растянувшись на глубину 20–25 км. Ее два полка к моменту получения нового приказа уже успели пройти местечко Броды. Штаб дивизии и мотострелковый полк при прохождении этого населенного пункта попали под ожесточенную бомбежку вражеской авиации и понесли большие потери. Погиб начальник штаба дивизии полковник Попов, контузию получил командир 12-й танковой дивизии генерал-майор Т. А. Мишанин.