— Без проблем, — отвечаю я. — Как там Бриджит?
Она качает головой.
— Пока что она перестала плакать. Я взяла её к себе в клинику. Она ничего не смыслит в медицине, но может вести карточки и беседовать с пациентами. Я просто хочу, чтобы она немного отвлеклась. И хочу иметь возможность присматривать за ней.
— Она убийца. Она справится.
Могу утверждать, что Аллегре не нравится, когда я называю Бриджит убийцей.
— Это правда, что Лиам после смерти отправился в Ад? Потому что был отлучён от церкви?
— Таковы правила.
— Иногда эти правила дурно пахнут.
— Не могу не согласиться.
— Ещё от меня что-то нужно?
— Ключ от квартиры.
— Дверь не заперта.
— Знаю. Я хочу запереть её. Это собьёт его с толку. Или, по крайней мере, разозлит. И то и другое устроит.
Она роется в наплечной сумочке в поисках ключа.
— Можешь сделать это сегодня вечером?
— Мне нужно дождаться, пока он уйдёт, чтобы подготовиться, так что всё зависит от него.
— Он каждый вечер примерно в восемь ходит в бар в Вествуде.
— Отлично. Позвоню тебе завтра и расскажу, как всё прошло. Если повезёт, ты больше никогда его не увидишь и не услышишь о нём.
Она протягивает мне ключ.
— И без убийства.
— Без убийства.
Она улыбается впервые с тех пор, как пришла в магазин.
— Начну всё собирать прямо сейчас.
— Тогда увидимся позже. Приводи Видока на ранний ужин. У нас остались стейк, дим-сам и торт из «Шато». Всё не старше двенадцати часов.
— Воплощение голливудской мечты.
— Скорее всего, это последняя хорошая бесплатная еда, которая у нас какое-то время будет.
— Я принесу тебе мыло и брезент.
— И стаканы. Много стаканов. Две пары рабочих перчаток. И кусачки. Это мне тоже понадобится.
Она собирается уходить, когда я кое-что вспоминаю.
— Ещё кое-что. Попроси Видока принести мне несколько любимых книг Травена.
— Зачем?
— Сделай одолжение нам обоим и не спрашивай.
Она кивает и уходит. Я захожу внутрь и отвожу Кэнди в сторону. Объясняю ей ситуацию.
— Конечно, — говорит она. — Давай всё сделаем сегодня вечером.
— Отлично. У Касабяна будет время сменить все замки.
Касабян, прихрамывая, спускается сверху, неся простыни и наволочки.
— О чём шепчетесь?
— Планируем вечеринку на твой день рождения.
— Это хорошо. Я люблю пиньяты.
— И порно, — говорит Кэнди.
— Пиньяты с порно. Понял.
Через пару часов Аллегра возвращается с заказом. Мне нужен фургон, чтобы перевезти всё снаряжение к ней домой. Я вижу, что Касабяну любопытно, что мы планируем, но он достаточно умён, чтобы не задавать вопросов, особенно после того, как видит моток колючей проволоки, который я стащил из грузовика «Пасифик Газ энд Электрик».
Я угоняю «Эскалейд» с парковки у «Пончиковой Вселенной». В нём установлена аудио- и видеосистема лучше, чем в большинстве кинотеатров. Прошло всего несколько часов, как мы съехали из «Шато», а я уже испытываю ностальгию.
Мы загружаем «Эскалейд» в переулке у «Макс Овердрайв». Там тесно. Мне пришлось перегнать адовский байк, и он занимает много места. Загрузив снаряжение, мы с Кэнди направляемся к квартире Аллегры на Кенмор, к югу от Маленькой Армении. Её дом — перестроенный мотель семидесятых под названием «Пристанище Ангелов». Перед входом — засыхающие пальмы. На заднем дворе бассейн с тридцатью сантиметрами тёмной воды.
Около восьми из квартиры Аллегры кто-то выходит. Крупный белый парень с волосами, зачёсанными в идиотский фоухаук[149]. Он держится так, чтобы всем была заметна его массивность. Типичная тюремная манера. Не похоже, чтобы он был во вкусе Аллегры, но я не знал её в прошлом, так что, может, ей нравились здоровые парни со шлакоблоками вместо мозгов. У меня такое чувство, что время в тюрьме он потратил не на получение аттестата зрелости или изучение латыни. Скорее всего, качал железо. Наверное, стал тупее и злее. К моменту, когда он скрылся из виду, я уже совсем не переживал по поводу того, что должно произойти.
Чтобы перенести всё, требуется две ходки. Квартира имеет простую планировку. Короткая прихожая ведёт в гостиную. Сбоку кухня. В квартире невозможно куда-либо попасть, не пройдя сначала через гостиную. Это важно. Мы с Кэнди расталкиваем все коробки и мебель к стенам. Затем начинается настоящая работа.
Сперва стелим два слоя брезента. Затем обильно покрываем средством для мытья посуды, чтобы превратить их в скользкую дорожку, осторожно оставляя по краям сухие участки для прохода. После этого мы с Кэнди устраиваем вечеринку с разбиванием стаканов и швырянием осколков на мыльный брезент.