— До свидания.
— Адьос[159].
Я спускаюсь на первый этаж и вижу Кэнди, сидящей с Касабяном на его кровати, а между ними разложена минимум дюжина меню навынос.
— Где Самаэль?
— Он любезно вызвался сходить до угла за пивом. В дождь, — говорит Кэнди.
— Чёрт. Ему действительно не хочется возвращаться домой. Уже решили, что на ужин?
— Выбираем между индийской и тайской.
— Голосую за тайскую.
— На этот раз ты можешь оказаться в меньшинстве.
— Вот почему демократия умирает.
Я обхожу пустые стеллажи для фильмов и поправляю несколько футляров с DVD, в которых рылся Самаэль. Много воспоминаний в этом месте и на этих кусках пластика. На худой конец, мне ненавистна мысль о том, что Ангра нас уничтожат, потому что это перечеркнёт все эти произведения. Все эти безумные ужасы, боевики и красоту. Вселенная без Терренса Малика[160] и Лучо Фульчи[161] не стоит того, чтобы в ней жить. Должно быть, Ангра настоящие зануды. Теперь я ненавижу их ещё сильнее. Я беру «Пустоши» и возвращаюсь к Кэнди и Касабяну, которые всё ещё спорят, насколько острой должна быть заказываемая еда.
— Вопрос вечера. Если мы проиграем, какой фильм вы хотели бы посмотреть в конце света? Я голосую за «Хороший, плохой, злой».
— Унесённые призраками, — говорит Кэнди.
— Дочь заклинателя змей, лучшая порнуха с Бриджит Бардо, — говорит Касабян.
Я оглядываю «Макс Овердрайв». Свёрнутые постеры. Стеллаж с новинками. Пустые контейнеры с уценёнными фильмами. Похуй мир. Я убью Ангра, чтобы сохранить свои фильмы.
— Нам понадобятся ещё телевизоры, — говорю я.
160
161