Когда я подхожу к ним, Кэнди сжимает мою руку. Она волнуется. Как мило. Секунду спустя Самаэль закрывает телефон.
— Поймал его?
— Он сам себя поймал. Сошёл с тротуара и поцеловал автобус.
— Почему? Ты не такой уж страшный.
— Ещё какой.
— Как скажешь.
— Сколько нужно заплатить парню, чтобы он ушёл вот так?
— Нисколько. Это был его добровольный выбор. Это признак истинно верующего. Во что, я не знаю, да мне и всё равно. Но вы должны.
Я прикладываю большой палец к своему телефону и перехожу к фотографии водительского удостоверения стрелка. Зачитываю вслух имя.
— Тревор Мосли. Кто-нибудь из вас когда-нибудь слышал о нём?
Я показываю им его фотографию.
Кэнди качает головой.
— В своё время я забрал много душ, но мне незнакомо ни его имя, ни лицо, — говорит Самаэль.
Кэнди широко улыбается Самаэлю.
— Сэм только что кое-кому позвонил. Он достал мне новый ноутбук.
— Сэм? — спрашивает Самаэль.
— Спасибо, — говорю я.
Он смотрит на меня.
— Просто спасибо? Ни комментариев, ни сарказма?
— Я способен оценить, когда кто-нибудь делает что-то хорошее для того, кто мне небезразличен.
Самаэль смотрит на Кэнди.
— Боже правый. Что ты с ним сделала?
— Правда, шокирует? — отвечает она. — Пиноккио почти настоящий мальчик.
Я откусываю свой пончик.
— Идите оба на хер.
Самаэль кивает.
— А. Вот Джимми, которого я знаю.
Смотрит на часы.
— Взгляните на время. Мне пора возвращаться домой, пока меня не хватились.
— Как там Наверху? — спрашиваю я.
— Просто не умирай в ближайшее время. Ты видел Ад, и прямо сейчас я бы не пожелал никому Рая. Руах с каждым днём становится всё большим параноиком. Представь Иосифа Сталина с неограниченными ресурсами.
Руах — один из пяти божественных братьев, и нынешний Бог, восседающий на троне на Небесах. К несчастью, и для людей, и для ангелов, он «трудный ребёнок». Абсолютный сукин сын. Предположительно он заключил сделку с Аэлитой, позволяя ей убить остальных четырёх братьев, если она оставит его в покое. Она уже убила по меньшей мере одного, а может, и больше. Не считая мистера Мунинна и Руаха, никто не знает, где остальные братья.
— Он хотя бы не может отправить тебя в Тартар, — говорю я.
— Боюсь, есть вещи и похуже Тартара.
— Что, например?
Самаэль просто качает головой.
— Если захочешь связаться со мной, действуй через Мунинна. Не пытайся напрямую. Сэндмен Слим — не то имя, которое я сейчас хотел бы видеть в своём списке контактов.
И он исчезает. Просто сваливает из бытия. Интересно. При всём том дерьме, что случилось — попыткой Мейсона Фаима развязать войну с Небесами и разделением Бога на враждующих братьев — я никогда прежде не видел, чтобы Самаэль нервничал.
Пара людей на парковке «Пончиковой Вселенной» указывают в нашу сторону. Интересно, сопоставили ли копы, что герой, преследовавший стрелка из пончиковой, — тот же ублюдок, что осквернил его труп и угнал мотоцикл в нескольких кварталах отсюда. Сейчас не время выяснять. Я вижу аппетитную тень сбоку от церкви и тащу Кэнди с собой внутрь.
Мы проходим через Комнату Тринадцати Дверей и выходим сзади «Шато Мармон». Наша берлога последнее время. На самом деле, это пентхауз Люцифера, но пока они не узнают, что я больше не Люцифер, это вечеринка с обслуживанием номеров, чистыми полотенцами и бесплатным кабельным.
Когда я ещё был Повелителем Мух, я проходил по вестибюлю «Шато Мармон» как в былые времена Эррол Флинн[8]. Теперь, когда я им не являюсь, я крадусь, опустив голову, как блохастый деревенщина, пытающийся улизнуть из бара, не заплатив. Рано или поздно слухи дойдут и досюда. Может, местные сатанисты и озлобившиеся на весь мир нувориши-головорезы и жулики из трастовых фондов, но у них на жалованье есть несколько хороших экстрасенсов. Один из них уловит флюиды мистера Мунинна и начнёт интересоваться, как Люцифер занимается бумажной работой в своём дворце в Аду, и в то же время заказывает креветки кунг пао в своём пентхаузе в «Шато».
На гигантском плазменном экране в гостиной идёт «Госпожа Кровавый Снег»[9]. Касабян сидит за длинным столом, который он использует в качестве письменного, в окружении грязных тарелок и пивных банок. Он голый, но не так, как обычный голый. Касабян — бестелесная голова. Я тот, кто лишил его тела. Он стрелял в меня, так как тогда это казалось верным решением. Раньше он носился на маленьком скейтборде из дерева и латуни, который я для него сотворил. Теперь же он передвигается на механическом теле адской гончей, которое я притащил из Даунтауна. Только это тело никогда не работало должным образом. Манимал Майк пытается это исправить.
8
9