— Остановись. Пожалуйста.
— Зачем мне останавливаться? Вы можете только убить меня.
Я пинаю фанерную подпорку стенки другой гробницы. Она наклонятся и медленно сползает на землю.
— Пожалуйста. Не нужно больше.
— Я собираюсь вытащить из этих могил все тела до единого. Думаю, смогу сделать из половины вас садовых гномиков, а из другой половины — кукол-чревовещателей. Как думаете, туристам понравится?
Какой-то призрак кричит мне в лицо: «Не оскверняй место нашего упокоения».
Прежде чем кто-нибудь из них успевает меня остановить, я достаю зажигалку Мейсона и подношу её к трупу. Он вспыхивает, словно факел из фильма про Франкенштейна.
— По вашим словам, мудаки, это и моё место упокоения. А раз так, то я собираюсь переделать его так, как мне нравится.
— Прекрати. Можешь идти.
Я бросаю горящее тело.
— Что-что?
— Пожалуйста, погаси мой труп, и мы тебя отпустим.
Я беру одно из кресел-мешков и бросаю на тело, гася пламя.
— Ладно. Погасил. Как мне отсюда выбраться?
— Ты должен сделать ещё одну вещь. Забери наши тела с собой, чтобы их можно было похоронить в земле.
— С ума сошли? Сколько вас там, двадцать или тридцать? Я не смогу унести столько тел.
Какой-то полтергейст пикирует со стены и резким ударом посылает в меня костяшку пальца одного из раскопанных трупов.
— Одной кости будет достаточно. По одной от каждого из нас. Похорони их где-нибудь в земле. Пообещай сделать это, и можешь идти.
— Знаешь, для этого мне придётся ещё сильнее испортить ваш маленький садик.
— Делай что нужно, но, пожалуйста, не проявляй жестокости, когда будешь выкапывать нас.
— Как я смогу унести с собой все эти кости?
Полтергейст что-то бросает в мою сторону.
— Посмотри вниз. Повсюду валяются пакеты для покупок.
Это плотный пластиковый пакет с рекламой 50-процентной распродажи на выходных по случаю открытия магазина «Виктория Сикрет». С фотографиями красивых женщин в трусах и лифчиках. Я наполняю пакет костями, самыми маленькими, какие только смог найти, от каждого тела. Да. Именно так я и хотел провести вечер.
— Итак, кем вы были? Рабочими, готовившими магазины к открытию молла?
— И несколько строителей.
— Я был инспектором Управления охраны труда.
Другие смеются.
— Это не смешно, — говорит инспектор.
Я несколько раз встряхиваю пакет, чтобы утрясти кости.
— Думаю, всё. Никого не пропустил?
— Никого из тех, кто хочет уйти.
— Хорошо. Теперь покажи мне, где выход.
Послышались голоса:
— Нет. Он не уходит.
— Он живой. Он оккупант.
— Он должен умереть.
— У нас был уговор, — говорю я.
— Не с нами.
С покрытого мусором пола взмывают скелетированные руки и тела. Хватают меня за ноги и за пояс брюк. Это трещотки. Целая стая. Самые злобные из всех, которых я когда-либо встречал. Трещотки — это просто ожившие скелеты с удерживающим их в единое целое небольшим количеством соединительной ткани. Они не особо сильные или крепкие, но внезапно десятки рук пытаются повалить меня на пол. Ещё несколько полностью выползли из пола и взгромоздились мне на спину. Я покрыт вонючими мумифицированными останками разозлённых трудяг, жаждущих отомстить живым.
Я ещё слаб после шогготов. Трещотки тянут и толкают меня вниз на четвереньки. Я роняю пакет с костями. Они затаскивают мою правую руку под руины пола. Хотят затянуть меня и утопить в мусоре. Я расслабляюсь и позволяю им тянуть. Концентрирую все силы на своей руке. Трещотки продолжают тянуть меня вниз. Я уже почти лежу на животе, когда у меня получается явить Гладиус. Я вытаскиваю его из земли, прорубаясь сквозь тела трещоток и разметая по всему помещению град горящего мусора. Трещотки быстро отступают. Я размахиваю мечом, разрывая их кости, в то время как остальные призраки и полтергейсты пикируют, загоняя их обратно под землю. Ещё минута, и всё кончено. Я убираю Гладиус и падаю спиной на мокрую стену, тяжело дыша и держась за живот. Думаю, у меня снова кровотечение, но, когда его не было?
Какой-то полтергейст подтаскивает ко мне пакет с костями. Я поднимаю его.
— Ладно. Теперь. Как, чёрт возьми, мне отсюда выбраться?
— Боюсь, это твоя проблема. Потолок рухнул на дверь, и здесь внизу нет ни окон, ни лестниц.
— Отлично. Могу я разжечь небольшой костёр?
— Зачем?
— Так я смогу создать тень и выбраться отсюда.
— Хорошо.
Я туго обматываю трубу кусками старой одежды и бумаги. Используя шлакоблок в качестве подставки, я втыкаю сверху свой факел Макгайвера[116] и жду, пока он разгорится. Разгоревшись, тот даёт больше дыма, чем света. Но этого достаточно. Мне знаком коридор наверху, так что это должно быть просто. Точно. Потому что здесь всё просто. Я шагаю в тень и покидаю кладбище. Прохожу через Комнату и снова оказываюсь в проходе наверху. Я сажусь и распихиваю кости из пакета по карманам пальто. Разрезаю подкладку пальто и бросаю туда горсть того, что не влезает. Останавливаюсь и набираю в лёгкие воздуха, который не пахнет как в заброшенной мясной лавке.
116