— Итак, тебе нужен Комрама Ом Йа, — говорит он. — Зачем?
— Я запускаю собственный магический номер. Знаешь, как Дуг Хеннинг[124], но будет больше обезглавливаний, и музыка получше.
— Не груби мне, сынок. Я могу в секунду исчезнуть, а ты объясняй своим друзьям, как впустую потратил их время и, судя по всему, их кровь.
— Я хочу использовать его против Ангра. И чтобы поиметь Аэлиту. Даже если я не смогу разобраться, как им пользоваться, то не позволить ей обладать им — уже хоть какое-то удовлетворение. Знаешь, где он?
Он кивает.
— Конечно. Я видел, как она его прятала. Представляешь, как я был шокирован, когда увидел, как эта чокнутая сучка входит в моё убежище с единственной вещью во Вселенной, способной убить меня.
— Где он?
— Не уверен, что скажу. Ты не самый надёжный персонаж на планете.
— А сам-то? Не скажешь мне, тогда скажи священнику.
— Зачем? Он даже больше не священник.
— Однажды священник — навсегда священник. Как бы тебе ни хотелось вдаваться в тонкости, это означает, что он сентиментальный духовный тип. Может, он и злится на отца-призрака, но в глубине души по-прежнему любит его и не хочет видеть, как тот умрёт. Скажи Отцу, и он окажется тем, кто получит Шар Номер 8 и будет иметь решающее слово в том, что с ним делать.
— Откуда мне знать, что ты не отберёшь его у него?
— Не обо мне тебе нужно беспокоиться. Не спускай глаз вон с того Робота Робби[125].
Мы оба смотрим на Делона. Он делает шаг к бассейну, будто не расслышал нас правильно.
— Мне было любопытно, почему ты шаришься здесь с одной из этих штуковин.
— Почему бы тебе самому не спросить?
— Вы говорите обо мне? — спрашивает Делон.
Нефеш смотрит на меня.
— Оно ведь даже не знает?
— Не имеет ни малейшего понятия.
— Знаю о чём? — спрашивает Делон.
Он достаёт свой пистолет, направляет на меня, переводит на Нефеша, затем обратно на меня.
— Что ты задумал? Я сделал то, что должен был? Привёл нас сюда.
— Бриджит вывела нас из того тупика, в который ты нас завёл. Если бы ты всё ещё руководил, мы бы сейчас были где-нибудь к югу от Борнео.
— Убери оружие, сынок, — говорит Нефеш.
— Сынок? Минуту назад ты называл меня «оно». Почему?
— «Сынок» — это просто проявление вежливости. И ты можешь опустить пистолет, или я могу превратить тебя в огненный столб прямо на месте.
Делон снова направляет пистолет на Нефеша. Он не знает, куда направить эту чёртову штуковину. Поразмыслив, опускает его к боку. Смотрит на меня.
— Почему он называет меня «оно»?
— Забудь. Давай просто закончим работу и уберёмся отсюда. Ты же отдашь Комраму Отцу?
Я смотрю на Нефеша.
— Как ты спрячешь его от Аэлиты? — спрашивает он.
— С разрешения Отца, я могу спрятать его в Комнате Тринадцати Дверей. Она не может попасть туда. Даже ты не можешь.
Он ещё немного курит «Проклятие». Делает пару шагов по поверхности воды, будто размышляет.
— Давай, — говорю я. — Разве ты не провёл здесь достаточно времени, плавая, как резиновая уточка? Просто отдай мне Шар Номер 8, и можешь разнести это место. Поживи в Аду с мистером Мунинном. Он будет рад тебя видеть. Ему не помешает компания.
Делон бегом пересекает баню, и пока Кэнди не видит, хватает её сзади и приставляет пистолет к её голове.
— Кто-то должен поговорить со мной. Если ты и правда Бог, и это не одна из проделок Старка, то объясни мне, почему ты сказал то, что сказал.
— Отпусти её, Делон. Тебе не понравится, чем это закончится, — говорю я.
— Я назвал тебя «оно», потому что ты таков и есть, — отвечает Нефеш. — Мне жаль, что никто не сказал тебе раньше, но так уж обстоят дела. Ты не человек. Ты механизм.
Кэнди изворачивается и бьёт Делона локтем в голову. Он стреляет, но промахивается. Она включает нефрита, её кожа темнеет, зубы заостряются до акульей остроты, и она впивается зубами в его запястье. Делон кричит, лупит её кулаком по затылку, пока она погружает в него свои клыки. С последним оглушительным криком его рука отделяется. Кэнди бьёт его коленом по яйцам, и когда он падает, сплёвывает на него его руку. Спустя несколько секунд она снова становится Кэнди, тяжело дыша и вытирая футболкой с лица его кровь.
Делон прижимает искалеченную руку к груди. Когда он набирается смелости взглянуть на неё, то видит торчащую из запястья стальную арматуру. Шкивы и шестерёнки, весь тонкий часовой механизм, спрятанный у него под кожей.
125