— Блядь. Что ты со мной сделала?
— Я? — спрашивает Кэнди. — Иди спроси Аттикуса Роуза, долбоёб.
Я начинаю рассказывать ему о Норрисе Ки. Что он Джеппетто, а Делон — его Пиноккио. Но даже мне не хочется втирать это парню, который потерял не просто руку, а всю свою жизнь.
Делон протягивает Нефешу культю запястья.
— Раз ты Бог, почини это.
Нефеш бросает последние пару сантиметров «Проклятия» в воду.
— Ты хочешь, чтобы я не руку починил. Ты хочешь, чтобы я сделал тебя настоящим. Жаль говорить тебе, дружок, но я не Голубая Фея. При нынешнем раскладе я лишь подобие меня.
Делон хватает пистолет другой рукой и пару раз стреляет в Нефеша. Пули поднимают брызги воды, когда пролетают прямо сквозь него. Нефеш улыбается и смотрит на меня.
— Забавно. Я ждал, что ты это сделаешь.
— Если бы ты не напоминал мне слегка мистера Мунинна, наверное, я так бы и поступил.
Делон поворачивает пистолет так, что тот теперь направлен на меня. Он с трудом встаёт и направляется ко мне.
— Ты с самого начала знал это и ничего не сказал? Пошёл ты.
Под ногами у Делона разлетается стекло. К тому времени, как он опускает взгляд, уже слишком поздно. Его ноги превращаются в рыхлую каменную крошку. По мере того как эффект распространяется вверх, он начинает падать, его тело не в состоянии поддерживать собственный вес. Видок стоит у него за спиной, держа в руке ещё один пузырёк с зельем. Увидев, что Делон оседает, он убирает пузырёк. Порошкообразные останки Делона соскальзывают в бассейн, растворяются и оседают на дно, а на поверхности остаётся плавать едва заметное красное пятно.
— Не мог это сделать, когда он был там у стены? — говорит Видоку Нефеш. — Нужно было кровавить мою воду.
Бриджит говорит ему что-то по-чешски. Он что-то говорит в ответ.
— Что это было? — спрашиваю я.
— Я сказала ему, что он уже плавает в крови, — отвечает Бриджит. — Он ответил, что я ребёнок, и понятия не имею, что значит быть божеством.
— Мистер Мунинн сказал мне то же самое.
— Ты собираешься рассказать нам, где найти Комраму? — спрашивает Травен.
Нефеш опускает взгляд и делает шаг назад от распространяющегося красного пятна.
— Вы возненавидите меня, если я скажу вам. Может, нам поиграть в «Двадцать вопросов»? Так вы легче воспримете ответ. Что скажешь, бывший священник?
Травен качает головой.
— Я сдаюсь. Мне теперь плевать на мир и на всё это.
— Ты был прав, — говорит Нефеш. — Он и правда сентиментален. Ладно. Скажу вам. Наверху в вестибюле. Рождественская ёлка ещё стоит там?
— Да, — отвечаю я.
— Комрама там. Украшение на макушке дерева.
— Мерде[126], — первое, что я слышу, затем по помещению разносятся новые чертыханья.
— Я сказал, что вы меня возненавидите, — говорит Нефеш.
Мне в самом деле хочется выпить.
— То есть, мы могли бы зайти и выйти в течение двадцати минут?
— Боюсь, что так.
— Это действительно кошмар, — говорит Травен.
— Держи себя в руках, Отец.
Я подхожу к Кэнди и стираю последние капли крови с её лица.
— Ладно. Эта грёбаная штука на дереве. Как она работает?
Нефеш подходит по поверхности воды к ступенькам и выходит из бассейна.
— Ну. Не думаю, что собираюсь тебе об этом рассказывать.
— Это не слишком нам поможет против Ангра.
— Посмотрим, зайдут ли они так далеко. Я не уверен. Если да, возможно, тогда я тебе расскажу.
— Всё это очень интересно, — говорит Видок, — но мы заблудились. Мы проделали долгий путь и понятия не имеем, как вернуться в вестибюль.
Нефеш указывает на спа-центр.
— Просто поднимитесь по сломанному эскалатору, затем по лестнице. Вы окажетесь прямо там.
— Это невозможно, — говорит Травен. — Мы спустились, должно быть, по крайней мере, этажей на восемь, чтобы попасть сюда.
— Вы прошли через старые туннели? Спустились по той прикольной винтовой лестнице? Не заметили случайно, что это место окутано какой-то странной магией?
— Возможно, именно поэтому Аэлита оставила Комраму здесь. Легко войти, но трудно выйти, — говорит Кэнди.
— Отчасти. Но мне кажется, её могла призвать часовня, — говорит Нефеш.
— Что за часовня? — спрашиваю я.
— По другую сторону этой стены находится очаровательная маленькая часовня, которую предполагалось использовать для свадеб.
— Свадьба в торговом центре. Как это по-американски, — вставляет Видок.
— Вот почему мне нравятся эти бани. Они прямо рядом с часовней. И часть стены отсутствует, так что я могу время от времени выбираться в океан и дрейфовать среди водорослей и рыб.