— Я… Что это? — выдохнул он. — Это, должно быть, какие-то радиоустановки и радары. И вот что странно… На миделе нет дымовых труб. Возможно, они скрыты где-то в другом месте?[102]
— Некоторые японские авианосцы имеют бортовые горизонтальные трубы, но я не вижу ничего подобного.
— Отметь – у него нет дымовых труб. Это очень странно.
— И посмотри на орудия… — указал Аткинс, протягивая Тьюрингу лупу.
— Башни имеют странную форму, но ничего необычного. Орудия похожи на 5,7-дюймовки[103], или около того. Этот монстр не может особо покусать кого-либо ими. Но меня заинтересовали вот эти люки в передней части палубы. Должно быть, именно там находятся ракеты, от которых Адмиралтейство бросило в дрожь. Гениально!
Аткинс посмотрел на Тьюринга с опустошенным выражением.
— Алан… Как мы могли проворонить нечто подобное? Он должен был быть заложен годы назад. Мы никак не могли не обнаружить постройку подобного корабля, любого корабля такого размера! Все полученные нами доклады говорят о том, что он просто огромен! А мы еще смеялись над капитаном эсминца, столкнувшегося с этой проклятой штукой у Ян-Майена.
— Интересно… — Тьюринг разглядывал фотографии через лупу широко раскрытыми глазами. — Никаких флагов и опознавательных знаков, — тихо пробормотал он, практически про себя, а затем пристально всмотрелся в носовую часть корабля, заметив у форштевня что-то похожее на одинокую звезду. Он не смог рассмотреть ее, учитывая разрешение, но нахмурился с явной обеспокоенностью.
— Смотри, Аткинс… Видишь человека, стоящего на палубе в носу? Вон его тень. Давай определим размеры корабля, исходя их этого. Убедись, что в «Хат-8» изучат все и отправь это все военно-морской разведке. Я занимаюсь шифрами, а не изучаю корабли, — он старался демонстрировать небрежность, но выражение его лица говорило о явном замешательстве. Было очевидно, что ему есть дело до докладов разведки, но если он и пришел к какому-то выводу на основании того, что увидел на носу корабля, то ничего не сказал.
— Ты понимаешь, что это значит, — предупреждающе сказал Аткинс. — Они хотят, чтобы мы просмотрели все перехваченные шифровки за последние шесть месяцев или больше, чтобы узнать, как мы могли пропустить этот подарочек. Это обеспечит нам много работы в на ближайшие несколько недель.
Тьюринг вздохнул с понимающим выражением лица.
— Верно, — сказал он, а затем сделал ход белым слоном, поставив под угрозу вражеского ферзя. — Мы лучше вот о чем, подумай, Аткинс. Я сейчас оставлю твоего ферзя без штанов!
Адмирал Вольский сидел на койке и тихо пил чай. Доктор расположился в соседнем кресле, наблюдая за адмиралом и радуясь, что тот, наконец, очнулся. Он воспользовался моментом, чтобы проверить его температуру и давление, затем проверил глаза, с удовлетворением отметив, что взгляд адмирала был сфокусирован. Затем он подал ему чашку своего любимого лекарства, чая «Эрл Грей».
— Вот, Леонид, выпей. Встанешь на ноги в кратчайшие сроки. Я могу сказать про англичан одно: чай они делать умеют.
— Продавать они его умеют, — поправил его Вольский. — А выращивают китайцы.
— А, уже взялся за старое?
— Мне уже гораздо лучше. Стены больше не вращаются, а желудок не пытается вывернуться наизнанку. Но что случилось, пока я был в отключке? Мне показалось, что мы опять вели огонь.
— Да, тебе стоит знать, лучше раньше, чем позже. Товарищ Карпов решил палить по всему в пределах ста пятидесяти километров от нас.
— Британцы?
— Да, но Федоров сказал, что мы также атаковали американскую оперативную группу. Она должна была доставить самолеты в Исландию. Федорова это очень расстроило. Карпов отстранил его от обязанностей.
— Отстранил? — адмирал с обеспокоенным видом поднял глаза. — Мы получили повреждения?
— Нет, с кораблем все в порядке. Но боюсь, американцы не могут сказать то же самое. Карпов потопил несколько их кораблей. А они так и не поняли, что случилось.
Вольский закрыл глаза и выдохнул, словно пытаясь собраться, а затем открыл глаза, опасаясь, что все вокруг опять начнет вращаться. К счастью, этого не случилось.
— Что это были за корабли? — спокойно сказал он.
— Нет, не спрашивай меня, Леонид. Надо вызвать Федорова.
В этот момент раздался стук в наружную дверь, и Золкин обернулся, посмотрев поверх очков и увидев, что в полуоткрытую дверь вошел капитан.
Карпов проводил обход корабля, и это была его вторая остановка. Ранее он уже обрушился на начальника инженерной части Добрынина, сказав ему, что если корабль не сможет развить по крайней мере двадцать узлов через час, то он отстранит его от обязанностей. Вскоре после этого ему сообщили, что проблема с системой охлаждения была устранена, и корабль мог развить любую скорость, вплоть до полной в тридцать два узла. Капитан связался с мостиком и приказал перейти на курс сто восемьдесят и увеличить ход до двух третьих. Затем он направился в лазарет, чтобы проверить состояние адмирала.
102
Вообще-то, на крейсерах проекта 1144 дымовая труба есть (для вспомогательных котлов), однако она встроена в переднюю надстройку и обнаружить ее практически невозможно, если не знать, где смотреть