Впервые в жизни познавший огромную радость от близости с женщиной, Кокчон задрожал всем телом и невольно издал громкий стон. Дрожь его передалась Кымбок, и она, тоже не сумев совладать с трепетом, волной прокатившимся по ней, стиснула зубы. Горячий ком подступил к горлу. Внутри все органы будто напряглись до предела, и от страха, что они вырвутся из нее, а еще от желания разрыдаться от радостного возбуждения, она в порыве страсти ухватилась за крепкие ягодицы Кокчона. Сто триллионов клеток отделились друг от друга и по одной рассеялись в пустоте, но тут же, втянутые страшной силой, вновь собрались, чтобы в конце концов взорваться. В самом затаенном уголке тела произошло мощное сокращение, словно тело хотело вобрать в себя все. А затем наступило спокойствие. Не горячая и не холодная, а тихая радость накрыла их, и они обнялись.
Кокчон и Кымбок суждено было полюбить друг друга, как любили Ромео и Джульетта, Пёнгансве и Оннё[5], Асадаль и Асанё[6]. Они подошли друг к другу, как гайка и винтик, соединились крепко-накрепко, как два стоящих рядом дерева порой срастаются стволами, и не было того, чего им не хватало, как и не было ничего лишнего. Стоило наступить ночи, как влюбленные тут же забывались в радостном порыве страсти и бесконечно падали в объятия друг друга.
Начав новую жизнь с Кокчоном, Кымбок занялась обустройством своего нового гнездышка, купила на рынке одеяла, домашнюю утварь и разные вещи, необходимые для хозяйства, пусть маленького, но дававшего ей ощущение счастья, отчего она все время напевала что-то себе под нос. Казалось, ей наконец удалось найти то, что она искала давно, с того самого дня, когда на грузовичке покинула родную деревню.
Через несколько дней Кымбок попросила у вернувшегося домой Кокчона денег на покупку риса. Средства, накопленные тайком от торговца, она уже потратила на хозяйство. Он смутился и ответил, что у него нет ни одной монеты. Оказывается, до сих пор весь свой заработок Кокчон оставлял в трактире. И хотя получал он в полтора раза больше, чем другие грузчики, ел он много, поэтому каждый раз после разгрузки шел в трактир и оставлял хозяйке заведения все, что выдавали ему за работу, а она на эту сумму кормила его рисом с закусками, мясом и поила бражкой. Вот так он и жил день за днем: что заработает, то и съест, а о накоплениях даже и не думал. И, что важно, ему такая жизнь совсем не казалась странной, его все устраивало. Кымбок взяла его за руки, усадила рядом и мягко сказала:
— Хорошо. До сих пор вы были одни, поэтому это не имело значения, но сейчас уже нельзя так делать. Жить вместе с женщиной означает, что мужчина должен нести ответственность за нее, он должен думать не только о своем столе, но также и о том, чем кормить ее. Вы поняли, что я сказала?
— Я тоже хочу заботиться, хочу кормить тебя, но заработанных за день денег едва хватает на еду для меня одного.
Лицо Кокчона выражало большое смущение. Кымбок была потрясена его непонятливостью и крайним невежеством, но не войти в положение человека, которому требуется так много еды, не могла. Она немного подумала и ответила:
— Хорошо. Тогда давайте сделаем так. Я слышала, что вы работаете за трех-четырех человек, однако денег вам выдают всего в полтора раза больше, чем другим. Поэтому завтра подойдите к хозяину и скажите, что вы хотите получать в три раза больше, чем остальные, поскольку стоите трех рабочих. Если он не согласится на это, заявите, что уйдете от него. Вы поняли, что я сказала?
Кокчон кивнул головой, но уверенности в его взгляде не было.
На следующее утро, когда он уходил на работу, Кымбок дала ему комочек ваты.
— Перед тем как встретиться с хозяином, этой ватой заткните уши. Потом скажите, чтобы он повысил вам оплату до трех раз больше, чем другим, и, что бы он ни говорил, постойте перед ним минутку и сразу возвращайтесь домой.
Помотав головой из стороны в сторону с таким видом, что он ничего не понимает, Кокчон засунул вату в уши и отправился на пристань, однако не прошло и получаса, как он вернулся домой. Он сказал, что сделал все, как ему было велено. Лицо его по-прежнему выражало недоумение, но Кымбок осталась невозмутимой.
— Только немного подождите. Скоро будут новости.
И в самом деле, не прошло и время обеда, как за Кокчоном явился какой-то мужчина. На этот раз Кымбок дала ему выстиранную тряпочку.
— Перед тем как встретиться с хозяином, положите это в рот и зажмите зубами. И, что бы он ни говорил, не отвечайте, а просто послушайте и возвращайтесь домой.
5
Герои пхансори (особого вида театральных представлений) «Сказание о Пёнгансве». Пёнгансве и Оннё — супруги, любившие друг друга, их разлучает смерть.
6
Согласно одной из старых буддийских легенд, строительством храма Пульгукса в столице Силла Кёнджу (конец VIII в.) руководил зодчий Асадаль. Пришедшая на стройку его жена Асанё желала повидаться с мужем, но тот, стремясь побыстрее окончить работу, попросил ее подождать у соседнего «Пруда теней», сказав, что придет, как только на воду пруда упадет тень от построенной храмовой пагоды. Не дождавшись этого момента, Асанё бросилась в воды пруда и покончила с собой, а вскоре прибежавший к пруду Асадаль, увидев на водах пруда тень от облика своей жены, последовал за ней.