В большинстве этих сказок Чуи выступает в суде в качестве ответчика. Часто он обвиняется в похищении собак; в реальной жизни леопарды именно по этой причине нередко попадают в беду — они обожают собачье мясо. Ради крохотного кусочка собачатины, например пекинеса, Чуи, крайне осмотрительное животное, готов пойти на любой риск. Некоторые леопарды не только подходят близко к деревне, но и забираются в хижины; есть и такие, которые даже осмеливаются залезать в сады белых плантаторов и в их дома, а ведь обычно они предпочитают не вторгаться на незнакомую территорию.
Местные сказители считают, что между Чуи и собакой существует стародавняя вражда. По версии, которую я слышал в восточной части Итури, однажды леопард посадил арахис, а некая ящерица его съела. Дабы избежать ответственности, ящерица сказала леопарду, будто она видела, как в поле рылась собака. И разъяренный Чуи бросился в лес на поиски вора. «И по сей день, — услышал я, — он все еще ищет ту самую собаку».
Эти поиски привели к появлению наибольшего количества человеческих жертв. Бесстрашно охотясь на собак, а порой похищая коз, Чуи стал близко сталкиваться с людьми, безоружными, не готовыми к встрече и предрасположенными к панике. Видя слабость человека, стареющий леопард, которому трудно поймать добычу поумнее, готов поедать любое мясо и может превратиться в хронического людоеда.
Если он на это пойдет, то, опираясь на фантастическую хитрость, изобретательность, проворство и силу, Чуи уничтожит огромное количество людей. К тому же его гораздо труднее выследить и убить, чем льва или тигра-людоедов.
В Центральной Африке, где очень трудно вести точную статистику, отдельные леопарды убивали двадцать-тридцать человек в одной деревне, главным образом детей. В Индии, по более подробным отчетам, леопарды из Бхагалпура за три года, с 1959 по 1962 год, уничтожили примерно 350 человек, хотя представители властей, отчаявшись, швыряли бомбы со слезоточивым газом и динамит куда только можно.
Но кошмар в Бхагалпуре все же не сравнится с тем ужасом, который породил один-единственный леопард, вероятно, самый знаменитый и самый страшный зверь за всю человеческую историю. Полковник в отставке Джим Корбетт охотился за ним два года и убил 2 мая 1926 года.
Леопард из Рудрапраяга, оставлявший свойственные только ему одному следы лап, бродил по окрестностям Кашмирского района северной Индии, площадью в пятьсот квадратных метров. Он убил примерно 125 человек, чьи тела утаскивал порой на расстояние четырех миль. Четыре тысячи человек в округе держали оружие официально; еще три тысячи взяли специальные лицензии на его отстрел, чтобы получить огромную денежную награду, объявленную правительством. Его пытались выследить военные отряды Гарвала; представители властей подсыпали яд на его жертвы, которые сумели найти; жители деревень ставили на него специальные ловушки с захлопывающейся дверцей; а опытные европейские охотники гонялись за ним, вооружившись самым лучшим современным оружием. Но леопард из Рудрапраяга не попадался никому и бесчинствовал восемь лет.
Полковник Корбетт убил его, выстрелив из махана — охотничьей засидки. Самый ловкий из всех кошачьих прошлого и настоящего убийца и царь-тиран оказался очень большим и старым. Зубы у него были желтыми и стертыми, язык и пасть черными — вероятно, от яда, который людоед проглотил без всякого для себя вреда, на левой задней лапе был шрам от пули.
Вот что рассказал полковник Корбетт в своей, ставшей классикой, книге «Леопард из Рудрапраяга»:
«Здесь лежал только старый леопард, отличавшийся от других животных этого же племени тем, что его морда была седой, а губы не имели усов. Самое ненавистное животное во всей Индии, которого боялись больше, чем кого-либо другого, чье единственное преступление не против закона природы, но против закона человека заключалось в том, что он пролил человеческую кровь, однако не с целью терроризировать человека, но только для того, чтобы самому существовать…»[3]
Приведенные слова могут показаться ироничными, так как появились человеческие существа, которые для того, чтобы терроризировать человека и убивать его, стали сами взывать к имени и духу леопарда. Я имею в виду знаменитые в Африке тайные общества «Аниото» людей-леопардов, которые и по сию пору существуют в Конго. Прежнее колониальное правительство почти полностью расправилось с ними, но после того, как Конго получило независимость, в племенах леса Итури «Аниото» возродились вновь.
3