Несмотря на элементарную осторожность, присущую Кифару, он становился легкой добычей охотников, вооруженных огнестрельным оружием и сидящих верхом. Селоус, профессионал самого высокого класса своего времени, ставил черного носорога на низшую ступень Большой Пятерки, на высшую он помещал льва. Лейтенант-губернатор Восточной Африки Джексон, один из наиболее опытных в то время охотников-любителей, тоже ставил носорога последним, а первым местом он удостаивал южноафриканского буйвола. Но сэр Самуэль Бейкер — по всей вероятности спятив от огромного количества съеденного супа из гиппопотама — заявлял, что черный носорог куда опаснее южноафриканского буйвола или льва.
Даже Тедди Рузвельт, который считал себя новичком в саваннах Восточной Африки, знал больше. В «Тропах африканских диких животных» он тактично заметил, что сэр Самуэль обладал «меньшим опытом», чем другие известные и профессиональные охотники. Свой баллотированный шар на первое место в Большой Пятерке Тедди отдал льву. Он судил разумно, исходя из последствий, а не из размеров и внешнего облика животного. Вот что он писал:
«…за последние три-четыре года в немецкой и британской Восточной Африке и Уганде более пятидесяти белых человек были убиты или растерзаны львами, буйволами, слонами и носорогами, и большинство на счету у львов. В церковном дворе Найроби мне показали могилы семи человек, убитых львами, и одного, убитого носорогом».
Кифару увеличил свой счет жертв несколько лет тому назад, прикончив первого американского белого охотника Чарльза Коттара, друга Тедди Рузвельта. С тех пор, хоть ему и удалось уничтожить случайно какого-нибудь охотника или браконьера, люди застрелили несколько сот тысяч черных носорогов. Местные браконьеры, вооружившись современным оружием, убивают носорогов в гигантских количествах, как и всех остальных африканских диких животных, а зацикленные на трофеях туристы и их гиды ежегодно увеличивают число убитых черных носорогов штук на двести каждый год. Один ДжонА. Хантер (Охотник), знаменитый профессионал, обладающий соответствующим именем, убил свыше тысячи черных носорогов за период менее двух лет — между августом 1944 года и декабрем 1946 года — с помощью лишь трех местных следопытов.
Хантер не был искателем приключений старого образца, которого интересовала одна прибыль. Это был честный, ответственный ветеран, находящийся на службе Департамента по охоте в Кении, где ему поручили устроить, как он назвал, «самую большую охоту на носорогов в истории», в округе Макуэни района Мачакос. Племя вакамба, население которого выросло в шесть раз с тех пор, как британское колониальное правительство обеспечило их современной медицинской помощью и запретило масаям их убивать, просило предоставить им новые земли для заселения.
Хантер, будучи не только метким стрелком, но и прекрасным знатоком повадок животных, отправился в заросли колючего кустарника и акации, где нашло себе приют носорожье племя. И этот труд был куда более опасен, чем охота за трофеями, которая практикуется в местах, где природный покров редкий и спортсмены могут заранее выбрать самые большие головы. Но Хантеру все-таки удалось, несмотря на волоклюев, которых он называл «пернатыми шпионами», справиться со своим заданием. Об этом погроме в Восточной Африке он поведал в своей книге «Охотник» и рассказал о нем без хвастовства, сравнивая так называемую в Голливуде «рогатую ярость» с «раздраженным, близоруким старым полковником, который вдруг обнаруживает постороннего в своем собственном саду»[7].
Впоследствии, когда колючий кустарник и акация были выкорчеваны, а другие живые существа изгнаны группой рабочих, земля стала «голой, как полированный стол», и была передана вакамба для возделывания. Теперь она скорее всего стала бесполезной, так как подобное уничтожение природного покрытия обычно всегда вызывает сильную эрозию почвы.
Вспоминая свою тысячу убитых носорогов, Хантер дает следующий комментарий: «Стоит ли убивать этих необычных и великолепных животных исключительно ради того, чтобы добавить несколько акров земли людям, чье число постоянно увеличивается? Не знаю. Но я знаю одно: наступит время, когда не останется земли, которую можно будет очистить. Что будем делать тогда?»
МАМБА
Бомж с физическими недостатками
