Расстались мы хорошо: сделал я свою работу, глотнул местного пива на дорожку и поехал обратно в Китай, лаоваем работать. Теперь шлю им раз в год поздравления с Рождеством, а они мне мейлы с приглашениями заезжать почаще. Вроде как опять что-то у них там сломалось, без китайца не разобраться.
Методы съема
Выставка, вечер. Рабочий день близится к концу. Скоро прозвенит звонок и мы, срывая галстуки, бодро поползем в массажную восстанавливать натруженные ноги. Но пока звонок еще молчит, и я из ленивого любопытства обсуждаю с нашими менеджерами по продажам их методы обольщения клиентов.
Китайцы сетуют, что старые техники – пьянки и KTV – уже не действуют. Серьезные руководители решили жить дольше, поэтому хороший чай или абонемент в гольфклуб теперь ценятся выше ядреного маотая. Тайваньцы более традиционные, они убеждены, что ничего менять не надо, дорогой алкоголь и звонкие девочки – вечные ценности – работали и будут работать. Но конечно, и те, и другие соглашаются, что старые добрые откаты по-прежнему актуальны, и искренне радуются, что время не властно над красными конвертами, набитыми наличкой, – хоть какая-то стабильность в нашем таком переменчивом мире.
И только японцы загадочно улыбаются. У них, как обычно, что-то свое, инопланетное. Интересно, конверты какого цвета они используют?..
Про отзывчивость
Я считаю, что китайцы – отзывчивые люди, готовые прийти на помощь иностранцу, оказавшемуся в беде. Проблема в том, что иногда их отзывчивость становится слишком навязчивой. Вот три примера из моей жизни.
Однажды я рассказал знакомой гонконгской китаянке, что в «группе здоровья» где я занимаюсь, преподает прямой потомок Ип Мана[1], который устраивает спиритические сеансы, чтобы мы могли получать советы из уст Мастера. Китаянка внимательно выслушала, взяла телефон и позвонила в полицию – заявить о мошенниках, обманывающих иностранцев. Мне потребовалось много времени и сил объяснить ей, что это шутка. Заявление было отозвано.
Как-то раз я в течение трех месяцев каждый день ездил на завод, расположенный в пригороде Гуанчжоу. Возле завода находилась только одна «чифанька», где из всех блюд съедобными для меня были одни лишь тушеные баклажаны и рис. Китайские сотрудники, с которым мы ежедневно обедали, подумали, что я очень люблю эту комбинацию, и пустили об этом на фирме слух. С тех пор, куда бы я ни приезжал по работе, меня везде ждут рис и тушеные баклажаны. Но теперь я их ненавижу.
К зданию, где мы работаем, примыкает торговый центр с магазинами и кинотеатром, в котором я иногда после обеда покупаю себе попкорн. Так вот, когда я с коробкой попкорна иду обратно в офис, каждый распорядитель считает своим долгом узнать, не потерялся ли иностранец, и напомнить, что кинотеатр находится в противоположной стороне.
Не подмажешь – не поедешь
Обычно начальник не спеша приходит к автобусу за минуту до отправления, успев купить кофе нам обоим. Но не сегодня – полученное сообщение: «Купи мне, пожалуйста, билет» означает, что отлаженный механизм дал сбой. Так и есть – вон он несется, взмыленный, с пакетом из «Пасифика». Заходим, контролер дает отмашку водителю, и автобус отправляется в путь. По дороге обсуждаем насущные проблемы, и тема долга за билет уходит на второй план. Напоминать ему я не собираюсь, эта мысль кажется мне совершенно дикой – он и так делает для меня очень многое.
Оставив за собой две таможни, наконец-то заходим в офис. Сегодня насыщенный день, и мы расходимся каждый по своим делам, чтобы через час встретиться вновь и обсудить с китайским инженером его предстоящую поездку в Гуанчжоу. Китаец заметно нервничает, клиент непростой и ехать ему совсем не хочется, тем более одному. Выслушав аргументы, начальник переводит на меня взгляд и говорит: «Съезди с ним, ты же не против?». Инженер начинает улыбаться, видимо, на моем лице отчетливо написано, что я очень даже против.
И тут происходит неожиданное – босс достает 100 юаней и молча протягивает их мне. Так как неожиданным это действие является только для китайца (я-то знаю, что именно столько стоил билет на утренний автобус, а тому, что боссу конкретно в эту секунду захотелось вернуть долг, уже не удивляюсь), то я невозмутимо беру банкноту, рассматриваю ее на свет, кладу в карман и говорю: «Ну, раз тебе так сильно надо, могу и съездить».
Китаец и так в шоке, но ситуация требует нокаут. Я смотрю ему в глаза и на полном серьезе произношу: «A ты можешь заплатить мне позже. Этой суммы пока хватит».