, автор монументальных «Исторических записок» («Ши-цзи» 
), и влияние его столь велико, что мы до сих пор не научились смотреть на Китай по-другому.
Этот же взгляд характерен и для современных китайских специалистов, которые делят историю КНР на периоды по «поколениям руководителей». Си Цзиньпин стал национальным лидером КНР как представитель «пятого поколения руководителей» 
. Но сначала он был признан «ядром этого поколения», а затем и «ядром всей Коммунистической партии Китая» 
[6] безотносительно «концепции поколений». Один только этот факт доказывает нам, что Си Цзиньпин стоит особняком: он действительно не «очередной из первых» и даже не «лучший из очередных». Он особенный.
Хотя период правления Си Цзиньпина в Китае продолжается, и мы пока не знаем, чем он закончится (а от этого в основном зависит оценка его руководства потомками), говорить о промежуточных итогах «эпохи Си Цзиньпина», о характерных чертах, приметах времени, достижениях и проблемах этой эпохи, и именно с акцентом на личности национального лидера, — можно и нужно.
Десятилетие правления Си стало временем подлинного расцвета Китая. Страна, которая в течение тридцати лет после начала реформ набирала силу и богатство, наконец-то вышла на «проектные мощности». Сами китайцы говорят: «При Мао Цзэдуне Китай встал на ноги, при Дэн Сяопине разбогател, а при Си Цзиньпине стал сильным»[7] 
Нынешний Китай — это пик развития страны. Я даже смею утверждать, что принципиально могущественнее Китай уже не будет. На это указывает целый комплекс проблем и противоречий, которые раскрываются в книге. Неспособность Китая их решить в принципе, дополненная чередой внешних вызовов, усилившихся под конец первого десятилетия правления Си Цзиньпина, не позволяет рассчитывать на продолжение роста Китая в такой же прогрессии, как в период «долгих восьмидесятых». Да, период стагнации может быть настолько длительным и успешным, что его легко принять за процветание. И первое десятилетие правления Си — как раз кульминация такого положения вещей. Вполне возможно, что дальше (и в книге это тоже показано!) ситуация будет сложнее.
Поэтому вторым сквозным сюжетом книги, помимо фиксации перемен, которые пережил Китай, является обозначение тех характеристик, к которым пришла КНР на пике своего развития. Это обстоятельство, а также структура книги — цикл очерков — в определенный момент времени натолкнули меня на литературную ассоциацию: именно так братья Стругацкие описывали воображаемый идеальный мир будущего, «Мир Полудня»[8], как они назвали место действия их фантастических романов.
И хотя нынешний Китай далеко не идеален, отсылка к знаменитой повести братьев Стругацких «Полдень, XXII век» в названии позволяет подчеркнуть тот факт, что книга посвящена рассказу о жизни страны, находящейся на пике могущества.
Композиционно книга состоит из трех частей, каждая из которых отличается от двух других. В первой части речь пойдет о том, как, при каких обстоятельствах Си Цзиньпин пришел к власти и почему он начал проводить политику, столь резко отделившую его от предшественников. Во второй части в фокусе нашего внимания окажется собственно китайское общество и те перемены, которые в нем произошли вследствие этой политики. Я бы сказал, что это основная — самая объемная и наиболее насыщенная фактами — часть книги. Наконец, в третьей части говорится о вызовах — как внутренних, так и внешних — которые затруднили положение Китая и продолжают оказывать влияние на его дальнейшее развитие.
Учитывая, что книга написана в январе 2024 года, было бы неестественно отказаться от анализа тех событий, которые произошли в 2023 году, уже после переизбрания Си Цзиньпина в должностях генерального секретаря Центрального комитета Коммунистической партии Китая и председателя КНР, только потому что они не вписываются в концепцию десятилетия. Они учтены, а вся статистика актуализирована на начало 2024 года. Таким образом, говоря о «портрете десятилетия», мы делаем небольшое допущение, которое, впрочем, не влияет на сделанные выводы. Безусловно, второе десятилетие правления Си будет отличаться своеобразием и потребует отдельной работы, но пока мы видим лишь продолжение тех тенденций, которые были заложены раньше.
Отметим, что в этой книге не рассмотрены российско-китайские отношения, которые стремительно развивались все минувшее десятилетие и достигли состояния, справедливо названного руководством двух стран «лучшими отношениями в истории». Вне всяких сомнений, российско-китайское сотрудничество, учитывая его значение для нашей страны, заслуживает отдельного исследования. В этой книге хотелось бы сдвинуть фокус внимания на процессы внутри китайского общества — то есть на те аспекты, в которых российскому читателю, не имеющему специальной языковой и страноведческой подготовки, сложно разобраться самостоятельно[9].
6
Резолюция XIX Всекитайского съезда КПК по проекту пересмотренного Устава КПК. URL: https://russian.news.cn/2017-10/24/c_136703044.htm
7
См., например: Великий прыжок от того, как встать на ноги и разбогатеть, к тому, чтобы стать сильным (
). URL: http://theory.people.com.cn/n1/2021/0624/c40531-32138960.html
8
Название метамира дано по повести «Полдень, XXII век. Возвращение» (1959–1960 гг.), которая построена как цикл отдельных рассказов, объединенных общей идеей и атмосферой. Название «Мир Полудня» является условным, однако именно в этом мире развивается действие и других, более известных романов Аркадия и Бориса Стругацких, включая «Жука в муравейнике» (1979 г.) и «Волны гасят ветер» (1985 г.).
9
Назовем еще несколько книг российских китаеведов, которые выполняют ту же задачу: Модель развития современного Китая: оценки, дискуссии, прогнозы / под ред. А. Д. Воскресенского, МГИМО МИД России. М.: Стратегические изыскания, 2019; Современное китайское государство. Т. 1: Основные институты государственной власти и управления / под ред. А. В. Виноградова. М.: ИДВ РАН, ИВ РАН, 2022; История Северо-Восточного Китая XVII–XXI вв. Кн. 5. Северо-Восточный Китай в период возрождения старопромышленной базы / отв. ред. И. В. Ставров, С. А. Иванов. Владивосток: ИИАЭ ДВО РАН, 2018.