Он был красноречив и изворотлив в словах, этот не желающий стареть седовласый Курманбай. Его рассуждения показались Кудайбергенову более зрелыми и практичными, чем осторожные прикидки не столь опытного в оценке людей Казтуганова. Генеральный не сразу, правда, но принял сторону Курманбая.
ГЛАВА ПЯТАЯ
Кали Жаксыбеков во второй половине дня посетил Акбулакский рудник. Он успел к началу смены, вместе с горняками спустился под землю. На такой шаг директора комбината позвало сомнение в правильности действий руководителей добычного предприятия. Основная нагрузка в выемке сырья на-гора длительное время падала на четвертый участок… Возглавлял его, правда, известный в рудной промышленности Евграф Чистяков, отставной морячок-подводник, заслуживший два ордена после выхода в отставку, все время рвущийся со своими «братишками» на рекорд… Но почему по всякому поводу Чистяков да Чистяков? Чем занимаются остальные участки? Почему их не видно по рапортичкам за декаду, за месяц? Не видно и не слышно…
Жаксыбекова беспокоило это бумажное благополучие с планом. За ним виделась какая-то неустойка с делами. По крайней мере с воспитанием молодой смены. Опытному горняку в прошлом, Кали Наримановичу мнились в работе рудника скрытые подвохи, которые имеют привычку обнаруживать себя в самую неподходящую минуту, когда уже поправить дело невозможно. Кали радовался вовремя обнаруженной прорехе в делах не менее, чем действительному успеху. С упущениями в горном деле он справлялся на удивление находчиво. Но надо было их своевременно заметить!
Директор комбината поднялся на-гора удовлетворенным. С улыбкой пожал руку стволовому, как всегда поступал с водителем, благополучно преодолевшим опасную и долгую дорогу. Сняв спецовку, пошел вместе со своими спутниками по подземелью в душ. Вернулся к себе на комбинат бодрым и посвежевшим. Давно уже на город опустились сумерки. На аллее, ведущей в управление, вспыхнул веселый рядок огней.
Служебными бумагами директор занимался в конце дня, когда в кабинете нет привычной толкотни озабоченных людей и телефон щадяще молчит. А документации всегда невпроворот: министерские инструкции, служебные послания от смежников, рапорты своих отделов, прошения горняков и жалобы женщин на своих чересчур ретивых мужей… Справки и отчеты бухгалтерии, представления на премии и награды… Все это, шелестящее в руках, блажащее о помощи и участии, громоздилось на столе уже не в папке, а сложенное горой. Не один час потребуется, чтобы вобрать в себя поток информации, которую даровала ему в ответ на директорские блага жизнь.
Хорошо бы не потревожили! Но вот задребезжал желтый аппарат, стоявший слева на приставке к основному столу. Внутренняя связь. Диспетчерская… Срочная телефонограмма из области: завтра к шестнадцати часам в Ускен. Вызывает секретарь обкома. Причину вызова не сообщили. Принимавший допустил промах, не спросил вторично, по какому вопросу готовиться. Жаксыбеков развел руками: «Голова не компьютер, всего не упомнишь. А справка о чем-либо наверняка потребуется. Секретарь-то лишь входит в дело!»
Пришлось оставить в стороне папку с бумагами и появившимися на них резолюциями. Принялся разыскивать рапортички из цехов, с участков, долго всматривался в цифры, еще раз пробежал глазами сводный лист за месяц. За цифирью — люди, цехи, составы с рудой, недостроенные жилые дома.
Вдруг он вспомнил о главном геологе комбината, Алтынбаеве. Не застав его в кабинете, набрал номер домашнего телефона. Наконец при помощи жены главный был отыскан. Директор попросил его, чтобы пришел завтра на работу пораньше, — наверняка понадобятся геологические данные по запасам.
— А чего их готовить, Калеке?[28] — удивился Сардар Алтынбаев. — Они лежат в синей папке на второй полочке в вашем шкафу… С тех пор лежат, когда вы привезли их с партийной конференции. Всё там, как в зеркале.
Кали Нариманович, слушая эти объяснения, чуть не хватался за голову. Волосы у него пока сохранились густыми, как и в молодые годы, хотя и побелели с висков. Он принялся нервно ерошить слегка поредевший чуб. Буркнул сердито, будто Алтынбаев сидел перед ним и его полагалось настращать для пользы дела.
— Я прошу подсчитать запасы на нынешний день! — сдерживая себя, но все же довольно сурово потребовал директор. — Нас будут слушать завтра в обкоме! Вы понимаете ситуацию? Лучше было бы прийти сейчас же в контору, взять папку и за ночь просмотреть все, что в ней. Добавить, обновить где потребуется.