Мы видим, что у Тони почти смертельное ранение, но это и шанс на возрождение. Люди, выжившие после такой травмы, порой начинают новую жизнь. Вид сверху на Тони, который лежит на полу кухни Джуниора, не только наводит на мысли о рождении (или перерождении), но и напоминает изображение висельника в картах Таро — человека с безмятежным выражением лица, свисающего с Древа Жизни. «Это карта окончательного отречения, — подводит итог специалист по Таро, — подвешенности во времени, мученичества и жертвы ради чего-то лучшего. Это архетип, помогающий осмыслить и разрушить старые модели поведения и плохие привычки, ограничивающие тебя». Но куда может убежать Тони? Его положение оставляет ему даже меньше возможностей для маневров, чем есть у Юджина.
Однажды Тони сказал доктору Мелфи, что для парней вроде него есть лишь два выхода: умереть или сесть. А пока все сосредоточены на пуле, которую он только что получил, здесь возникают еще и возможность такой «петли», как реальный тюремный срок. Судя по внезапной смерти доносчика Рэя Курто[353] и информации о том, что Юджин тоже стучал, среди «честных» гангстеров Семьи немало крыс.
Премьерная серия уделяет много времени жизни и смерти Юджина, чей старомодный гардероб дает название эпизоду, добавляя еще больше дезориентации и запутанности к тому, что начинается с чтения «Семи душ» и появления Адрианы во сне[354].
Зрители помнят Юджина лишь как высокого худощавого парня, появляющегося с Вито в одной из визуальных комических сцен[355]. И вдруг он оказывается в центре действия, отчаянно пытаясь убедить Тони и своих кураторов из ФБР отпустить его вместе с семьей во Флориду, чтобы как-то вытащить сына из наркотической зависимости. И от нас ожидают, что мы в течение часа будем беспокоиться о его надеждах и мечтах?
Удивительно, но этот прием работает, потому что в действительности эта история не о Юджине. Да, все детали относятся к его прежде неизвестной нам жизни, включая и потрясающую новость о наследстве, а Роберт Фунаро убедительно показывает отчаяние Юджина, оказавшегося в петле. Но эта история о любом человеке. Она о том, как трудно остаться живым; и этот урок мы извлекаем и когда видим болтающегося на веревке Юджина (сцена кажется очень долгой), и когда наблюдаем за неожиданным поворотом сюжета, который приводит Тони на край гибели отчасти из-за того, что он забыл зарядить свой сотовый телефон.
Прошлое постоянно настигает Тони. У Джуниора деменция, и он убежден, что Маленький Пусси Маланга (человек, виновный во вражде Тони и Джуниора в пилотном выпуске; момент, когда Тони устраивает заговор, чтобы не дать Джуниору убить Маленького Пусси в «Везувии») вернулся и жаждет мести. Когда в финальной сцене он принимает Тони за Малангу, то кажется, будто болезнь Альцгеймера дает Джуниору шанс переписать историю, уничтожив одним выстрелом и Малангу, и племянника.
Еще до выстрела Джуниора явно следовало отправить в «Грин Гров», но Тони, потрясенный тем, что случилось, когда он отправил туда Ливию, не хочет даже обсуждать эту тему. Говоря о «сообществе пенсионеров», он возражает Мелфи и выступает против попыток сестры перевести туда Джуниора. Отказ стал причиной того, что его ранили в первом сезоне, и сейчас, запустив последовательность событий, он снова получает пулю. Это настольно иронично, что даже Эй Джей, возможно, сумел бы это понять.
Тони занимает центральное место в повествовании, а это значит, что он каким-то образом защищен от трагических поворотов назло сценическому мастерству Ван Паттена и Уинтер. Однако такое насилие в начале сезона — верный признак, что конец уже близок.
Кармела во сне говорит:
— Я волнуюсь, Эд.
Призрак Адрианы успокаивает ее:
— Все волнуются.
— Нет, — настаивает Кармела, — Я все время волнуюсь.
И у нее есть на то причины.
Сезон 6 / Эпизод 2. «Вступайте в клуб»
Сценарист: Дэвид Чейз
Режиссер: Дэвид Наттер
«Кто я? Куда я иду?» — Тони
Снова сделав зигзаг там, где зрители ожидают резких поворотов сюжета, Дэвид Чейз упорно следует линии замены раненого Тони… другим Тони? Он не босс Джерси, а продавец точной оптики, который говорит с привычным акцентом Джеймса Гандольфини. У него есть жена, но это не Кармела (по крайней мере она не говорит голосом Эди Фалько, когда мы слышим ее по телефону) и двое детей. И когда во время командировки в Коста-Меса, Калифорния, у него возникает возможность переспать с продавцом-коллегой, он теряет самообладание и заявляет: «Сегодня вечером я мог бы быть другим парнем и отделаться от всего и вся. Но нет, я все испортил».
353
В эпизоде есть некоторая доля черного юмора, связанная с усиливающимся мрачным настроением агента Сансеверино. Сначала она была руководителем Адрианы и сейчас уже должна понимать, что та в могиле. Затем она отвечала за работу с Рэем Курто, и он умер прямо на ее глазах (как раз тогда, когда принес полезную информацию — впервые за многие годы сотрудничества). На момент знакомства с Юджином она вполне могла бы надеть черную одежду и взять в руки косу. Это последнее появление героя, поэтому мы можем только представить ее реакцию на известие о самоубийстве Юджина. Однако, возможно, она сердито вздохнет и скажет что-то вроде: «Да, похоже на правду».
354
И еще немного дезориентации: замечание Рона Годдарда (Майкл Келли) — нового партнера агента Харриса, являющееся перифразом цитаты Г.Л. Менкена [американский журналист —
355
Визуальный комизм теряет здесь смысл, так как Вито стал намного стройнее, потому что актер Джозеф Ганнасколи в промежутке между сезонами сильно похудел.