Вито приходится играть примерного семьянина более убедительно, чем обычно, ведь он находится среди неумолимо гетеронормативного праздника любви. Он думает о кольце своей жены, когда Аллегра и ее жених произносят клятвы, снова не может удержаться от комплиментов Финну («Посмотрите на этого молодого дантиста, как он красив в костюме от Кельвина Кляйна») и, в конце концов, чувствует себя таким несчастным, что рано уводит семью с праздника, а потому может ускользнуть из дома и предаться тому, что ему на самом деле нравится[368]. Сцена в баре как-то неудачно пробуждает в сознании фильм с Аль Пачино — карикатурно гомофобный триллер 1980 года «Разыскивающий» (Cruising). Образ Вито в кожаном наряде делает героя глупым, несмотря на то что в этом сезоне он убедительно выглядел темной и сложной фигурой.
Однако эпизод компенсирует это навязчивым использованием «Трех колоколов» Браунса, когда Вито уезжает в мотель, где он скрывается в ожидании известий, насколько распространились новости о его «преступлении», — песни, которую мы также недолго слышим в предыдущей сцене серии, когда Джейсону Бароне подробно объясняют, в чем состоял бизнес его отца. Песня рассказывает нам о жизни Джимми Брауна (не имеющего отношения к Браунсам): три строфы посвящены трем главным событиям: рождению, браку и смерти. Описание «скрытой долины» перекликается с памятью Тони, блуждающего в стране Кома, а также с желанием бежать, выраженным в историях Юджина Понтекорво и бедняги Вито.
Классическая композиция в духе времен Эйзенхауэра с ее марципановой аранжировкой — это музыкальная машина времени, переносящая слушателей в реальную Америку 1950-х годов: так думали и чувствовали американские белые воротнички из среднего класса. Это погружение в длинную реку памяти этой страны. Циклы человеческой жизни представлены как бесстрастное изложение фактов, каждый из которых сопровождается звуком колокола[369] и молитвой прихожан Богу, который, может быть, слышит, а может быть, не слышит их, но в любом случае он кажется приличным парнем. Это идиллическая американская жизнь, которую, вероятно, вел Джейсон Бароне, укрытый от родственников, которые вот-вот надерут ему задницу на причале. А Вито лишь притворяется, что живет, но он никогда не сможет оценить это по-настоящему. Фасад его жизни начинает разрушаться, свадьба напомнила ему, что он так и не нашел долину, где мог бы быть собой.
Эпизод содержит отсылки к известной свадьбе из «Крестного отца» постоянным повторением, что дон мафии должен делать дары в день бракосочетания своей дочери[370]. Но притворная демонстрация силы — это печальное подобие ситуации с Вито Корлеоне[371]. Находящемуся в крайне нервном состоянии Джонни приходится преодолеть законные ограничения и потратить большую сумму денег (в том числе оплатить работу приставов, сопровождающих его) ради того, чтобы не только провести с Аллегрой этот особенный для нее день, но и побыть с семьей и организацией, возможно, в последний раз. Несмотря на то что Джонни сильнее и элегантнее, чем его двойник в Городских садах, он похож на Тони своим нравом и неспособностью уступать в мелочах, и Расти Миллио становится для него тем, кем когда-то был для Тони Ральфи: раздражителем, который хочется устранить. Этот шаг нельзя назвать особенно умным. Действующий босс может пошатнуть свое положение, если будет, как Джонни проявлять слабость и плакать. Фил представляет самую большую угрозу, и потому Джонни разговаривает с Тони, нарушая тем самым данное приставам обещание не обсуждать дела. Не будь этого разговора с Тони на глазах у всех, приставы, возможно, не начали бы выводить его со свадебной вечеринки. Однако на него давят, и, сказав Джинни и девочкам[372], что, находясь, на глазах у друзей и семьи, надо быть сильными, он сам теряет самообладание, вызывая волнение у Аллегры и Джинни, а Фил и мафиози из обеих Семей задаются вопросом, способен ли он быть боссом.
368
Хотя порой кажется, что Джозеф Ганнасколи борется с физическими проявлениями гомосексуальности Вито и дискомфортом этих моментов в жизни Вито, в его борьбе и мучениях есть что-то аутентичное и удивительно сладкое.
370
Одной из косвенных отсылок к «Крестному отцу» можно считать звучащую в финале эпизода песню «Все дни недели» (Every Day of the Week) группы The Students, в которой перечисляются названия дней недели в другом порядке, нежели в календаре: понедельник, вторник, четверг, среда, воскресенье, суббота.
371
Когда Кармела забирает экземпляр газеты «Стар-Леджер» у подъездной дорожки (Тони трудно дойти туда из-за его состояния), она видит заголовок о Джуниоре: «Уютный психологический карцер для дона Сквиррел-Леоне» [squirrel по-английски не только «белка», но и «псих, чудак» —
372
Катерину, другую дочь Джонни, играет Кристин Милиоте, которая скоро станет звездой Бродвея («Однажды» (Once)) и телевидения (она сыграла главную роль в ситкоме «Как я встретил вашу маму» (How Met Your Mother)).