Способность Тони снять Эй Джея с крючка с помощью депутата Зелмана и их совместная сцена на парковке у полицейского участка — редкий пример того, когда раздражение Энтони Сопрано по поводу очередного «косяка» Эй Джея переходит в более нежное чувство обеспокоенности, что его сын подвергал себя опасности, а также в страх, что Эй Джей может пойти по его стопам. «Это не в твоем характере!» — настаивает он, когда дерзкий Эй Джей заявляет, что он, отец, не знает его. Затем Тони говорит: «Ты хороший парень, и это здорово, Господи, Боже мой!»
Мы никогда не видели, чтобы Эй Джей проявлял интерес к семейному бизнесу, однако здесь он, похоже, склоняется к этой мысли, потому что ничего другого у него не выходит — ни с колледжем, ни с клубом. Еще до ранения Тони на многих сеансах психотерапии просит у доктора Мелфи[390] совета по поводу сына, но она тоже не знает, что делать, лишь настаивая, что Тони и Кармела должны вести общую политику в отношении Эй Джея.
Сразу после ухода Тони от Джулианны мы снова видим Эй Джея в клубе, где его настигает очередная паническая атака, когда он изучает свое отражение в зеркале в туалете. Если у Тони спусковым крючком для обморока является мясо, то у Эй Джея обморок вызывает попытка стать новой личностью: футбольной звездой, кадетом военной школы или, как сейчас, клубным парнем. Он не знает, что хочет от жизни, но каждое изменение ведет к какому-то сбою в его гнилой генетике Сопрано.
Все эти истории показывают, как трудно бороться с традицией и условными рефлексами, а также говорят о тщетности противостояния своей натуре, будь то сексуальная ориентация (Вито), отвращение к верности (Тони), природная неспособность быть опасным (Эй Джей) или расширение влияния корпораций (Норт-Ворд).
Некоторые моменты завязываются здесь в узел, не характерный для «Клана Сопрано». Это сцены с Пэтси Паризи и Бертом Герваси, которые пытаются собрать деньги, чтобы защитить район и противостоять его быстро растущей оккупации крупным бизнесом, чьи головные компании не образумить крепкими кулаками. Управляющий кондитерской, входящей в большую цепочку, говорит мафиози, что не имеет графы расходов на «крышу», и что если кто-то бросит кирпич в витрину, то головной офис этого даже не заметит. Пэтси прав: с этим парнем все кончено.
Сезон 6 / Эпизод 9. «Карусель»
Сценарист: Теренс Уинтер
Режиссер: Алан Тейлор
«Знаешь, я просто думал, что кое-что потерял, мать твою». — Тони
Святой Эльзеар был французским дворянином, который умер в возрасте 38 лет и уважал обет девственности, данный его женой. Это значит, что Тони, Поли, Крис и другие мафиози в серии «Карусель» выражают почтение человеку, прожившему такую жизнь, которую они предпочли бы избежать любой ценой.
И не потому, что их жизни намного лучше. Пока Тони и Мелфи ведут дискуссию во время сеанса психотерапии, люди развлекаются на жутких аттракционах в парке, потому что они устали, а образ жизни гангстера — это, в сущности, одна долгая поездка на аттракционе «Великое приключение». Сначала ты примерно час ждешь своей очереди у линии, затем визжишь от страха 90 секунд, а потом возвращаешься к другой линии.
Почему Тони и Крис грабят награбленное? Потому что это хоть какое-то действие, чтобы развеять скуку и забыть, что жизнь оказалась менее гламурной, чем они представляли. Эти двое пьют украденное вино и снова вспоминают случившееся («Мы обнесли байкеров!»), но проходит время, и, как известно, алкоголь и воспоминания улетучиваются. Все возвращается на круги своя: очередная карточная игра в «Сатриале», очередные головные боли, очередной день в ожидании новых приключений.
390
Мы видим одну из самых длинных и забавных сцен с участием Мелфи и Купферберга, когда она верно пеняет ему, что он все время пытается перевести разговор на пациента Х вне зависимости от ее интереса. («Я говорю о моем отце, Эллиот», — настаивает она, когда он снова упоминает Тони. — «Я думал, ты закончила», — пожимает он плечами.) Эллиот беспокоится о ней как о пациенте и друге, но сейчас он больше, чем сама Мелфи в начале сериала, взволнован мафиозной драмой.