— Чтобы бить и колотить? — спрашивает Мелфи.
Сцена заканчивается до того, как он отвечает.
Сезон 2 / Эпизод 6. «Беззаботный странник»
Сценарист: Фрэнк Рензулли
Режиссер: Джон Паттерсон
«Я не знаю, мать вашу, на кого я зол. Я просто зол, о’кей?» — Тони
«Поверь мне, эта игра не для тебя. Я не хочу видеть, как тебя размажут», — говорит Тони своему старому школьному другу Дэйви Скатино (Роберт Патрик[113]), владельцу спортивного магазина и игроману; но Дэйви хочет принять участие в игре главных — игре в покер с очень высокими ставками, которую десятилетия назад начал Джуниор, и воспринимает предупреждение Тони как вызов. Тони и Дэйви находятся в школе Медоу вместе со своими семьями (и семьей Букко) на так называемой ярмарке профориентации колледжей. Тони пытается сдержать Дэйви, говоря с ним об ужасной реальности, о том, что происходит, когда обычные люди влезают в дела организованной преступности: так или иначе, но они оказываются в зависимости от гангстеров на всю оставшуюся жизнь. Увязнув в марафоне игры главных, где участвует и Фрэнк Синатра Младший[114], Дэйви в конечном итоге приходит к тому, что его бизнес уничтожен, а отношения с женой и сыном разорваны.
Если первый сезон «Клана Сопрано» фокусируется на действиях бандитского мира (на том, как гангстеры добиваются власти), то второй более внимателен к миру за пределами ОПГ, к миру обычных граждан, которые пробуют на вкус гангстерский бизнес и оказываются раздавленными им. Если в первом сезоне мы лишь иногда видим, как обычные люди попадают в сферу деятельности организованной преступности (например, при угоне автомобиля в «Коммендатори»), то во втором история Дэйви становится доминирующей (на нее работает и побочный сюжет о Медоу и ее партнере по музыкальному театру Эрику, сыну Дэйви (Джон Хенсли[115]), чей внедорожник забирает отец, чтобы сделать первый платеж банде Тони).
«Беззаботный странник»[116] — это первая серия в «Сопрано», которая воспринимается отчасти и как социальная реклама, хотя некоторые из персонажей в ней совсем не нуждаются (например, Эллиот, который убеждает Мелфи отойти от Тони). Это ключевой эпизод, потому что здесь показан мир организованной преступности как бы со стороны, глазами тех, кто к этому миру не принадлежит. Этот мир — финансовая и моральная черная дыра, которая поглощает любого, кто приблизится к ней[117]. А еще во втором сезоне можно увидеть скрытый упрек зрителю, который, как Мелфи, знает, что парни вроде Тони — разрушители, однако все еще продолжает считать криминальные приключения привлекательными.
Есть и еще одно соображение (возможно, след религиозного морализма): «мелкие сошки» преступного мира «заслуживают» того, чтобы «акулы» их разоряли, запугивали или убивали, — они же «сами вступили» в этот мир. История с Дэйви произошла потому, что сам Дэйви был азартным игроком; у него явные признаки зависимости, и в этом отношении он немногим отличается от Кристофера. Однако действия Тони вызвали негативную реакцию зрителей, в чем мы могли убедиться из первых рук — из газеты «Стар-Леджер» — во время второй половины этого сезона. Многие зрители начали жаловаться, что Тони и сериал стали слишком неприятными и отвратительными.
Да и Тони приходится не сладко. Он, конечно, берет под контроль игру главных[118] или развлекается, наблюдая, как Сильвио взрывается и орет на бедного Мэтта Бевилакуа за то, что тот убирает сыр с пола, когда Сил упускает момент сделать ставку[119], но потом жалуется Мелфи: «Я схватил этот мир за яйца, а все равно чувствую себя гребанным неудачником». Для Тони и Ричи — как заноза (Дэйви уже должен Ричи за проигрыш в предыдущей игре[120], это подогревает оскорбленные чувства и уверенность Ричи, что Тони все время сдерживает его). На похоронах свекра Барбары Тони вынужден находиться в одном помещении с ненавистной матерью (которая устраивает большое шоу — начинает рыдать, хотя едва знала покойного), а Дженис видит, как ее брат публично отчитывает ее бойфренда[121].
Заняв старый дом Ливии, Дженис, в этот момент более, чем когда-либо, похожая на свою мать, умело натравливает Ричи на Тони (как это делала Ливия с Джуниором в первом сезоне), но здесь это еще скрепляется интимными отношениями, то есть Дженис и Ричи становятся преемниками Ливии и Джонни Боя.
113
Робот из жидкого металла в «Терминаторе-2: Судный день» и заменивший Дэвида Духовны в первоначальной версии «Секретных материалов», Патрик играл в дюжине фильмов и телесериалов, чаще всего в таких жанрах, как боевик, детектив, фильм ужасов и научная фантастика. Дэйви Скатино стал огромным шагом по сравнению с ролями хладнокровных киллеров и властных фигур, которые он обычно играет; как и Джон Херд в роли Вина Маказиана в первом сезоне, Патрик прорабатывает мельчайшие детали этого иллюзорного, а затем доведенного до отчаяния персонажа, рожденного лузером.
114
Синатра — певец, автор песен и дирижер, был младшим братом актрисы и певицы Нэнси Синатра, а также музыкальным руководителем отца в последние десятилетия его жизни. На протяжении всей жизни Синатры Старшего его обвиняли, что он слишком близок с гангстерами, но если его сын и имел какие-либо проблемы с этим в связи с «Сопрано», то он никогда не упоминал об этом. Синатра Старший умер за восемь месяцев до того, как первый сезон вышел на экраны.
115
Среди других ролей в сериалах: Мэтт Макнамара в «Частях тела» (Nip/Tuck), Габриэл Боуман в «Клинке ведьм» (Witch Blade); а также роли в фильмах ужасов, включая «Зубы» (Teeth) и «Хостел-3».
116
Название серии дала известная немецкая песня, которую часто исполняют в клубах, где поют баллады, и в детских хорах, а также возникшая в разговоре Тони и Мелфи мысль о людях вроде Дэйви Скатино (к примеру), которые могут идти по жизни без невзгод, отягощающих депрессивных типов, подобных Тони.
117
Для этих парней всё и все — это предмет мошенничества, что наглядно доказывает сцена, когда Кристофер подкладывает под рыночные весы коробок спичек, чтобы сэкономить на покупке морепродуктов.
118
Возобновление игры главных происходит в мотеле, которым владеет хасид и где Тони получил долю в первом сезоне, в серии «Отрицание, гнев, принятие». Дилер Сайншайн, которого играет режиссер Пол Мазурски («Боб и Кэрол, Тед и Элис» — Bob & Carol &Ted & Alice), подобно Питеру Богдановичу является олицетворением такого типа персонажей из фильмов 70-х, которые и вдохновили создателей этого сериала.
119
Сил в гневе: «Оставь этот гребаный сыр на месте, понял? Мне нравится, мать твою, сыр под ногами. Я этот гребаный проволоне кладу в носки на ночь, чтобы он пах утром как промежность твоей сестры, понял? Вот и оставь этот гребанный, мать твою, сыр, где он лежит!» Как до, так и после выпада Сила на лице Тони появляется ухмылка плохого парня: видно, что он не в первый раз нажимает на эту кнопку Сила.
120
Во время первого появления в сериале он мельком видит игру: боец отряда Априла, Вито Спатафоре (Джозеф Ганнасколе, который раньше играл посетителя булочной в Первом сезоне, в эпизоде «Легенда о Теннесси Молтисанти»). «Он отлично сыграл в [том] эпизоде, — объяснил Дэвид Чейз, — и мы начали вводить итало-американских актеров!»
121
Обратите внимание, как в этой сцене Тони кричит Ричи, что «правила были всегда». Это в сущности вариант фразы, которую выкрикивает Ричи, ругаясь с Тони в эпизоде «Я, б., поскакала»: «Мое — не твое, чтобы тебе его мне возвращать». Как и большинство гангстеров в сериале, эти двое настаивают на том, что существуют некие установочные правила, не зависящие от конкретного человека, хотя на самом деле тот, кто облечен властью в данный момент, делает так, как хочет.