Крис и особенно Поли ощущают равнодушие со стороны Тони, они практически умоляют его приехать и спасти их, а тем временем день сменяется ночью, и они встречаются все с новыми и новыми трудностями, с которыми нужно просто разобраться. «Он живет как гребаный король, а я сейчас только и слышу, что об этом гандоне Ральфи!» — шипит Поли сквозь зубы. Только к концу эпизода Тони начинает снова действовать правильно, когда извиняется перед Бобби и благодарит его за заботу о Джуниоре, когда просит Поли самому решить, искать русского или ехать домой[220]. Но чувство облегчения и благодарности у Поли и Криса — это скорее чувство благодарности за то, что они снова находятся в теплой машине, а не за то, что босс позаботился о них.
Где Тони научился так обращаться с людьми? Мы уже знаем ответ, и Мелфи во время сеанса терапии прикладывает все усилия, чтобы он понял это. Однако он отрицает очевидное. Она приглашает его подумать над тем, что общего у Ирины и Глории: «Депрессивный тип личности. Нестабильность. Неумение испытывать благодарность. Вам это никого из женщин не напоминает?»
Тони секунду молчит, а затем пожимает плечами[221].
Сезон 3 / Эпизод 12. «Безумная, всепоглощающая любовь»
История (идея): Дэвид Чейз
Телеверсия: Фрэнк Рензулли
Режиссер: Тим Ван Паттен
«Я не только что встретил тебя. Я тебя знаю всю мою гребаную жизнь». — Тони
Та же самая ария, что звучала в финале «Пайн Барренс» — «Я жена, и меня презирают» (Sposa son disprezzata) в исполнении Чечилии Бартоли, — начинает и серию «Безумная, все поглощающая любовь»[222]. Она фиксирует кульминационный момент, озвученный Мелфи: «Кого-то, кого вы знаете?»
«Кто-то» — это Ливия, но это также и Глория, чей гнев нарастает, когда она понимает, что Тони никогда не поставит ее на первое место. Сюжетная линия достигает пика, когда они дерутся дома у Глории, и она вытаскивает штопор, а Тони начинает душить ее, чуть было не доведя дело до конца. Однако он приходит в себя, когда она говорит, задыхаясь: «Убей меня». Вспомним, что Тони чуть не задушил свою мать в конце первого сезона, и что его собственные панические атаки похожи на удушье.
Если бы Глория не воскликнула: «Ах ты бедненький!» — в ответ на жалобы Тони на жизнь, мы бы не смогли сделать вывод, что корень ее проблем в ощущении одиночества и в желании разрушить это одиночество, заставив Тони уничтожить ее саму («самоубийство с помощью полицейского», — говорит Мелфи во время сеанса психотерапии).
Глория начинает вести себя как героиня одного из так называемых фильмов о властелинах хаоса конца 1980-х — начала 1990-х годов. «Основной инстинкт» (Basic Instinct), фрагмент из которого демонстрируется в «Безумной, всепоглощающей любви», являлся одним из лучших фильмов такого рода, но затем были сняты еще многие и многие, все придерживающиеся шаблона, который боссы киноиндустрии и журналисты назвали «Вставьте-нужные-буквы из ада»[223]. Джеки и Дино смотрят сцену из «Основного инстинкта», где подозреваемая в убийстве Кэтрин Трамелл (Шэрон Стоун) смущает целую комнату мужчин-детективов отсутствием нижнего белья, что она демонстрирует, перекрещивая ноги. Может быть, это образ воспринимается как женоненавистничество, но он обращает нас к основной истории мужчин и женщин, к идее, красной нитью идущей через весь фильм (от чернухи до песен блюз): женщина — это гипнотическая сила, заставляющая мужчин идти против здравого смысла[224].
Что поднимает сцену с Глорией над сниженными стереотипами, так это ее показ как абсолютного живого человеческого существа (включая упоминание о том, что она приходит к Мелфи, чтобы разобраться с суицидальными импульсами и склонностью к разрушению отношений). Мольба Глории о смерти связывает ее с образом Ливии, засевшим глубоко в сознании Тони.
В прошедших сериях мы видели, как доминирующая роли матери Тони мешает ему развиваться, деформирует его личность, но он не желает в этом признаваться. Но и Глория вызывает у Тони сходные чувства. Первый сезон заканчивается тем, что Тони чуть было не убивает Ливию. Второй сезон доходит до пика с другим персонажем, напоминающим Ливию — Дженис, убивающую Ричи. А затем, за несколько серий до финала, в приемной у кабинета психиатра, из-за ошибки в записи на прием к Мелфи[225] появляется Глория, которой приходится делить с Тони время у врача. Глория и Тони первый раз беседуют, сидя в приемной, где мы впервые познакомились с Тони, между ног скульптуры женщины, которая, как мы позже обнаружим, похожа на молодую Ливию. Глория будто и не входит в историю «Клана Сопрано», а материализуется в ней, словно вызванная потребностью в реинкарнации (во втором сезоне Тони называет Ливию стрега, или ведьма). И пока Глория остается внутри тщательно организованного психического пространства (как Изабелла до того, как Тони сообщает о ней), их отношения работают. Но как только она разрывает пределы этого пространства и взаимодействует с его семьей, Тони понимает, что эти отношения нужно отрубать, или Глория разрушит все. В конце мы видим страдающего сына, стоящего на коленях в доме женщины (логове ведьмы), пытающегося лишить ее жизни (а ведь и Ливия желала, чтобы кто-то, включая ее сына и Бога, забрал ее сейчас?), после того как она в гневе сказала: «Ах ты бедненький!».
220
Этот последний жест несет и элемент самозащиты, поскольку смысл его таков: если Поли решит не искать Валерия, то, появись этот русский позже, это будет вина Поли.
221
Дважды в этом эпизоде (когда он едет на машине домой и во время показа титров) мы слышим в исполнении Чечилии Бартоли (из альбома 1992 года «Если ты любишь меня: итальянские песни XVIII века» (If You Love Me — Se tu m’ami: Eighteenth-Century Italian Songs)) композицию «Супруга, ты не узнаешь меня» (Sposa son disprezzata) — итальянскую арию, написанную Джеминиано Джакомелли. Она была использована в пастиччо Вивальди «Баязет» (Bajazet), но создана для оперы Джакомелли «Меропа» (La Merope). Текст песни более всего относятся к Кармеле, которая знает, что муж изменяет ей, но их можно отнести также к Глории и Ирине, которые обижаются на Тони за то, что он уделяет им мало времени и посылает их, как только они начинают требовать большего. Эта песня и о Поли с Крисом, верных подчиненных, которым тоже никогда не удавалось добиться внимания дорогого босса, разве что в те моменты, когда он ругает их.
222
«Пайн Барренс» и «Безумная, всепоглощающая любовь» имеют в своих названиях [Pine Barrens и Amour Fou —
223
См. также «Роковое влечение» (Fatal Attraction), «Разоблачение» (Disclosure), «Незаконное вторжение» (Unlawful Entry), «Рука, качающая колыбель» (The Hand That Rocks the Cradle), ремейк «Мыс Страха» (Cape Fear) Мартина Скорсезе и т. д.
224
Это также подкрепляет мысль о том, что Джеки и Дино — тупые, легко возбуждающиеся подростки, которых лучше убрать с экрана на всю оставшуюся часть фильма.
225
Если Глория — это двойник умершей Ливии, то, значит, Мелфи, записывая двоих на одно время, удваивает двойника.