И хуже всего, что Веглер думает так же: он воспринимает все ее действия как шаги супруги безжалостного гангстерского босса, которая будет делать все необходимое, чтобы получить то, что хочет.
Веглер, похоже, не так уж отличается от тех хорошо знакомых Кармеле мужчин, когда он соглашается надавить на своего коллегу Тома Фиска[316], чтобы тот повысил оценки Эй Джея, а потом мучается угрызениями совести и перекладывает вину на Кармелу: «Ты вынудила меня, используя единственная оружие, которое у тебя есть — свою промежность».
Он не так уж и неправ, когда предполагает, что Кармела решительно идет к своим целям, особенно если дело касается детей. Но все равно он ведет себя нечестно, выставляя себя пострадавшей стороной. Кармеле явно приятно его общество, ей нравятся и беседы с ним, и секс. В определенные моменты мы можем представить себе, что в другой реальности они были бы настоящей парой. У Кармелы нет такого филологического образования, как у Веглера, но она постоянно читает и способна поддержать беседу на литературные темы, часто делая резкие заявления или задавая простые, но острые вопросы, которые не приходят в голову умному Веглеру. Сознательно или неосознанно поступает Кармела, но ее чувство и уважение к нему кажутся искренними; в худшем случае ее эмоции по отношению к Веглеру можно назвать «сложными». Формулировка Веглера настолько груба и жестока, что кажется, будто она слетела с уст мафиози, но жалит она сильнее еще и потому, что в этом образованном человеке Кармела видела надежду на лучшую жизнь. Его слова дают ей понять, что она ничего поменять не сможет, потому что очень многие мужчины (вне зависимости от своей социальной принадлежности), ощущая себя отвергнутыми или использованными, относятся к женщинам именно так[317]. Ничтожность Веглера отбрасывает ее назад — в эмоциональную выгребную яму. Когда к Кармеле приходит Хью, чтобы кое-что починить, он застает ее погруженной в отчаяние: «Что бы я ни сказала, что бы ни сделала, мои поступки всегда будут вызывать вопросы, потому что я замужем за таким человеком, как Тони».
В то время как Кармела зажата в рамки ожиданий других людей, проблемы Тони Би во многом связаны с тем, что ему недостает старой жизни так же сильно, как и старой жизни недостает его. Он отчаянно пытается идти прямым путем: получает лицензию массажиста, поддерживает хорошие отношения с тюремной подругой по переписке Гвен (Элисон Бартлетт[318]). Его босс мистер Ким (Генри Юк) предлагает ему партнерство в новом бизнесе — массажном салоне. Осуществление желаний близко, но, чтобы достичь их, ему приходится соблюдать трудовую дисциплину. Он не вел бы роскошную жизнь, как его кузен, но зато и не оказался бы в тюрьме, или с ним бы не случилось еще чего-нибудь похуже. И он мог бы делать то, что он полюбил делать, пока был за решеткой. К этому все шло… пока, как в рассказах О.Генри, наркодилеры, пытаясь ускользнуть от преследовавших их копов, не выбросили пакет с деньгами прямо под ноги Тони Би. И это вдруг привело к тому, что несколько дней он прожил как мафиози, которым был раньше. Он оплачивает всем выпивку в «Бинг», покупает новый костюм и туфли, проигрывает большую часть денег во время игры главных.
В любой другой момент это могло бы быть просто запомнившимся приключением, о котором он бы с тоской вспоминал всякий раз, когда видел висящий в шкафу костюм. Но прозрение приходит именно тогда, когда массажный салон почти готов к открытию. Тони Би потрясен самой необходимостью выполнять столько работы ради собственного блага и ради того, чтобы оправдать надежды Кима. Попробовав жизнь гангстера на вкус, он внезапно понимает, как трудно идти прямой дорогой. Стресс все нарастает и нарастает, пока жестокий взрыв его не обрушивается на Кима. Бывший работодатель, весь в крови, лежит на полу салона, а декоративный карп, выпавший из бассейна, бьется рядом с ним[319]. Из воды здесь вытащены три рыбы: карп, Ким и Тони Би. А четвертой (если говорить об эпизоде в целом) является Кармела, у которой был краткий, но счастливый момент в мире литературы.
316
Фиск не только прямо указывает на нечестность того, что Веглер делает для Эй Джея, отнимая тем самым шанс у трудолюбивого студента, но и называет Эй Джея «Фредо Корлеоне», что, возможно, оскорбительно для Фредо, но достаточно близко к нашим целям.
317
Противопоставление Веглера и Тони вызывает в памяти контраст между Медоу и Трейси в серии «Университет».
318
Бартлетт долгое время играла роль ветеринара Джины в «Улице Сезам» (Sesame Street), что, возможно, вызывает потрясение у зрителей «Клана Сопрано», которые, садясь с детьми перед телевизором, видели, как она общается с Большой Птицей или Гровером.
319
Это пример характеристики персонажей; а кроме того, визуальная сцена «работает» на весь эпизод без каких-либо проясняющих суть диалогов.