Принц Август со своим батальоном, в котором оставалось всего 240 солдат, двигался в арьергарде этой колонны. Противник оттеснил его от дороги, которая вела на Пренцлау. Принц надеялся добраться до следующей переправы по западному берегу Укера. Его преследовала французская кавалерия; отразив несколько ее налетов, принц решил продолжить путь по заболоченному лугу, где вражеская конница не могла действовать. Но глубокие канавы затрудняли движение, строй распался, порох намок. Вражеская артиллерия и спешившиеся карабинеры ускоряли распад, и, когда французская конница смогла наконец приблизиться к остаткам батальона, пруссаки были взяты в плен, включая принца Августа и Клаузевица. Они могли утешаться тем, что сделали все возможное в это нелегкое время, когда господствовало отчаяние, большинство комендантов сдавали крепости без боя, а из всех командующих лишь Блюхер спасал честь прусской армии.
Эта короткая кампания оказала на Клаузевица огромное влияние. Постигнув военную теорию, он теперь оказался в гуще реальных сражений и пристально наблюдал за происходящим. Он видел, как все усилия Шарнхорста оказывались бесплодными из-за сопротивления других военачальников. Клаузевиц понял, что все искусственное учение о войне, созданное в конце XVIII века, не имеет никакой ценности; в бою легко принять нужное решение, но сложно воплотить его в жизнь. На пути командующего множество препятствий — неопределенность относительно намерений противника, большие и малые упущения собственных подчиненных, плохая погода, физическая усталость и так далее. Чтобы справиться со всем этим, нужны крепкие нервы и железная воля. Решающее значение морального фактора на войне — вот тот главный урок, который Клаузевиц извлек из кампании 1806 года. Вместе с ним созрело и убеждение, что прусская армия, в которой еще существовали пережитки эпохи ландскнехтов, нуждается в основательном реформировании. До этого Клаузевиц замечал и осуждал промахи в тактической подготовке войск; теперь ему стало ясно, насколько серьезная болезнь поразила как государство, так и армию. Позднее он писал: «Все объективные наблюдатели, видевшие Пруссию в 1806 году, приходили к выводу, что она находится в упадке. Безмерное, смешанное с тщеславием доверие к старым формам не позволяло пруссакам увидеть, что душа давно покинула эти формы. Было слышно, как машина тарахтит, — но действительно ли она работает, не спрашивал никто».
Клаузевиц, возможно, в дальнейшем стал бы даже преувеличивать ошибки и недостатки своего государства и народа, если бы не длительное пребывание во Франции и связанная с этим возможность наблюдать за победителями вблизи. Вместе с принцем Августом его сначала доставили в Берлин. Там принца привели к Наполеону, который приказал ему оставаться в городе вместе с родителями. Клаузевиц отправился в Нойруппин, где в трех письмах описал для «Минервы» капитана фон Архенгольца[10] подробности неудачной кампании. В конце 1806 года он вновь присоединился к принцу, которому французы назначили в качестве места пребывания Нанси. В конце февраля 1807 года последовал приказ переместиться еще дальше вглубь Франции — в Суассон.
Клаузевиц надеялся через обмен пленными вернуться в ряды действующей армии, которая сражалась в самой восточной части королевства, представляя собой по сути вспомогательный корпус русских войск. Этой надежде не суждено было оправдаться. Только в августе, после Тильзитского мира, пленным было разрешено в ожидании паспортов отправиться в Женеву. В октябре они смогли вернуться домой.
Из Суассона принц неоднократно ездил в Париж. Клаузевиц лишь однажды сопровождал его туда и осмотрел вместе с ним коллекции предметов искусства. В конце своего пребывания во Франции оба пленника достаточно долго жили в имении мадам де Сталь[11], дом которой считался центром интеллектуальной жизни. Там Клаузевиц тесно общался с Августом Вильгельмом фон Шлегелем[12].
От французов Клаузевиц все это время старался держаться подальше. Он много занимался математикой, а также планировал гипотетическую кампанию в случае вступления Австрии в войну против Наполеона. Подробно останавливаться на этих планах не имеет смысла, тем более что их качество оставляло желать лучшего.
Поскольку принц Август являлся человеком общительным, Клаузевиц был вынужден время от времени отказываться от своего уединения и общаться с французами. Будучи хорошим наблюдателем, он внимательно сравнивал немецкий и французский национальный характер. В дневнике, письмах к невесте и отдельном сочинении, посвященном этому вопросу, он пришел к выводу, что немецкий народ ни в малейшей степени не уступает захватчикам и должен только осознать собственную силу, чтобы стряхнуть с себя иго. Однако непременным условием освобождения, считал Клаузевиц, должно стать внутреннее обновление.
11
Баронесса Анна-Луиза де Сталь (1766–1817) — французская писательница и публицистка, одна из самых известных и выдающихся женщин своего времени.
12
Август Вильгельм фон Шлегель (1767–1845) — немецкий писатель, публицист, филолог, переводчик. Считается одним из основоположников литературного романтизма в Германии.